Южный гость

Иван Тимофеевич погладил лежащего у порога Шамана:

– Вот как у нас семья выросла. Мне и собаку не надо заводить. Да и всё равно, наверное, такого, как Шаман, больше нет.

И началась моя новая жизнь. Немного погодя я стала работать педиатром в городской поликлинике. С Георгием у нас были прекрасные отношения.

Первое время меня радовал тёплый климат, ранняя весна. А потом я стала скучать по своему дому, по родителям, брату.

Не раз спрашивала Сергея, что у них нового относительно портала. Установили ли они периодичность работы портала.

Но он ничего конкретного не сообщал. А мне с каждым разом стало труднее проходить мимо погреба, не заглянув в него. Манила возможность мгновенно перенестись в родные края. Георгий, заметив это, категорически сказал:

– Даже близко не подходи к погребу без меня.

Да, я тосковала по родным местам. Думаю, меня поймёт каждый, кто жил вдали от своей родины. Есть такое понятие «ностальгия». Вполне обычное человеческое чувство. И сейчас, глядя на этот погреб, я мечтала хоть не надолго перенестись в родной дом.

Если бы я как-то постепенно привыкла к мысли, что буду жить так далеко, может, было бы полегче. А получилось так скоропалительно, что я до сих пор не могу прийти в себя.

Поделилась с Георгием. На что он ответил:

– Лена, ты привыкнешь, не сразу, конечно. Посмотри, сейчас только начало апреля. У нас почти лето. А у вас только весна начинается. А мы потом будем купаться в море хоть каждый день. Тебе это понравится. И прошу, держись подальше от погреба.

Это может быть опасным.

Я соглашалась с ним. Но этот погреб прямо-таки притягивал меня своей фантастической возможностью моментально попасть в родной дом. Конечно, у меня не было намерения поймать момент открытия портала и «слетать» домой тайком. Да и новость, которую я хотела сообщить Георгию, сразу охладила мою тягу к «волшебному» погребу.

А сегодня произошло вот что. На работе я плохо почувствовала себя. Решила провериться, сдать анализы. А потом меня направили на УЗИ.

И результат ошеломил меня – беременность 13 недель. И ещё двойня. В первые минуты я потеряла дар речи. С Игорем мы прожили четыре года и как-то с детьми у нас не получалось. Возможно, потому что мы оба не очень-то и хотели. Но в глубине души я побаивалась диагноза «бесплодие».

А тут – беременность, да сразу – двое. Я была в хорошем шоке.

Потом пришло осознание того, что с Георгием будем родителями.

Из поликлиники я уже вышла другим человеком.