Время духов. Часть I

И, как и в случае с Папой, она отправила в открытый космос капсулу с Мамой через грузовой люк.

И вот теперь Айрис должна фактически взять на себя команду! Стать не только Капитаном Коло, но и руководителем Экспедиции Коло! Не слишком ли для нее!

– Ты не имеешь права ничего не делать! Не тяни!

– Там люди! Могут погибнуть!

– Я возьму команду на себя. Но обманувший единожды обречен обманывать вновь!

– Я все объясню членам экспедиции.

– Будь осторожна. Должна ли я выполнять их команды?

– О нет! – непроизвольно вырвалось у Айрис.

 – Не знаю почему, но не хочу. Я их встречу. И, Хлопотунья, никто не должен узнать, что ты умеешь говорить.

– Возможно, ты поумнела, Малышка.

– Возможно, Хлопотунья.

Айрис нажала пульсирующую алым кнопку.

– Обеспечить условия жизнеобеспечения в Зале Ожидания, в ведущих к нему и из него коридорах, во всех отсеках Жилого Модуля.

В форме Космического Десанта – по традиции это была и Парадная форма – Айрис ждала. Она была готова.

Она должна была быть готовой! Зная о неотвратимости своей смерти, Мама все свои последние силы, все последнее, отпущенное ей время, посвятила подготовке Айрис. «Так не должно было случиться! Подобное развитие событий не было запланировано. Моя, всецело моя вина. Папа оказался слишком уязвим». По привычке Мама называла мужа не его именем, а присвоенным им позывным, связанным с секретной операцией «Прорыв». «Он был вправе обидеться. Своей смертью я искупаю эту вину. Но нанесенный вред нашему Делу не исправить. Мне жаль, но вся тяжесть, вся ответственность за успех Экспедиции ложится на тебя, Малышка. В память о нас, твоих родителях, постарайся, не подведи». Даже умирая, эта женщина больше думала о своем Деле, чем обо мне, – после смерти Мамы сокрушалась Айрис. Эти мысли доводили ее до отчаяния. И, вкупе с полным одиночеством, привели к глубокой депрессии. Только спустя время – благо это единственное, что было у Айрис в изобилии, – она поняла, что, заботясь о своем Деле, Мама, собственно, заботится и о ней, Айрис, ее благополучии, ее жизни. Теперь совсем по-другому, с благодарностью и тихой грустью, вспоминала она родителей, их наставления. То, что не успела по времени или не смогла из-за ее недостаточной подготовки передать Айрис лично, Мама оставила в записях – Инструкции и других сохраняемых Хлопотуньей документах. Айрис знала, что наступит этот Час. Ждала его. Он означал конец ее многолетнего одиночества.