Минус одна минута. Книга третья. Последняя земля

 – Чтобы скрыть последствия твоей ошибки?

Стас медленно обошел кресло и встал прямо перед Зининым, нависая над тщедушным историком всем своим длинным телом.

– Не скрыть, а устранить, – жестко произнес он, глядя поверх зининской головы куда-то в окно. – Макс бы не остановился.

Зинин негромко уточнил:

– Ты действительно не мог его остановить? Поэтому он и не приходил к нам в Совет за одобрением, и при этом спокойно создавал, что хотел?

Стас наклонился и внимательно взглянул в лицо историку.

– Думай, как хочешь. Он бы не остановился – в этом вся суть. Он был угрозой всем. Всем и всему.

– Значит, я прав, – задумчиво сказал сам себе Зинин. – Ты пытался его остановить – и не смог. Очень странно… Других смог, а его нет. Почему именно его?

Стас, не отвечая, снова заходил по кабинету, подбрасывая опустевший стакан, а Зинин продолжал общаться с самим собой.

– Ты все устроил так, как хотел. Тимофеевы экторы теперь подчиняются только тебе.

Все бегают к нам за разрешением на любой чих. Галилеанцев будто бы и в природе не было, Тимофей забился в норку и не рыпается… Ты не смог остановить только Макса. Ну ладно, еще тех двоих, которые раньше… В общем, тех, кого мы уже угробили. Почему?!

– Если бы я знал, не было бы нужды Макса убивать, – угрюмо пробурчал Стас.

Бутылка с жалко плещущимися на дне остатками снова взмыла вверх. Стас вылил остатки в стакан и не вполне твердыми шагами пошел к холодильнику.

– Что, там еще есть? – изумился Зинин, с горечью рассматривая свой пустой стакан.

– Есть… – печально сообщил Стас и извлек из холодильника преемницу первой бутылки.

Они продегустировали содержимое преемницы. Оно их вполне удовлетворило, и стаканы снова были наполнены.

Стас обрушился в кресло и в упор посмотрел на Зинина:

– Я понял одно: если у тебя есть превосходство, ты обязан им пользоваться. Даден тебе от природы дар – невежливо им пренебрегать.

Хочешь, не хочешь, придется пользоваться.

– Правда?! – поразился историк. – А какой у меня дар?

– Да не у тебя, – досадливо поморщился Стас. – Я же о себе говорю.

– А-а… Тогда ладно, – успокоился Зинин.

Он немного посидел, осваивая очередную порцию животворящего напитка, потом встрепенулся:

– А твое превосходство – оно в чем?

Стас поразмыслил и осторожно предположил:

– Не знаю. Но оно есть.