Синяя звезда

Самое странное произошло в следующий момент – без малейшей задержки я резво оттарабанила что-то вроде:

– На кой черт оно мне нужно?

Шеф выглядел настолько непривычно, что я засомневалась – а мой ли вообще это начальник или совершенно другой человек? Тем временем он начал пространно излагать причины, побудившие его обратиться ко мне с просьбой, вызвавшей столь резкое неприятие:

– Холли! (С каких это пор меня так зовут?) Вы единственный человек в лаборатории, не обремененный семьей! (Да? А куда, в таком случае, подевались мои драгоценные балбесы?) В столь долгое путешествие не может отправиться человек, у которого есть близкие родственники! (Куда, куда они могли деться?) Задание очень важное и ответственное, от его результатов зависят судьбы многих людей! (А на мою, следовательно, можно наплевать?) Вы единственный в лаборатории специалист необходимого уровня.

(Какой еще такой специалист? Чем я, в конце концов, занимаюсь?) И потом, вы же знаете, ему невозможно отказать… (Кому, елки зеленые? Что со мной происходит? Сплю я, что ли? А-а-а, конечно, сплю, и мне все это снится! Как интересно! Хорошо, смотрим дальше…)

Неожиданно приоткрылась дверь, и в лабораторию просунулась жизнерадостная, лохматая морда, отдаленно напоминающая лошадиную:

– Где она?

Шеф разве что не завизжал:

– Капитан Макмиллан! К нам же нельзя!

– Было нельзя, – с довольной улыбкой, оскалив здоровенные белоснежные зубы, бессовестно заявила морда, встряхивая темными кудрями.

 – А теперь уже поздно! Так которая?

Шеф, тяжко и обреченно вздохнув, навел на меня толстый короткий палец:

– Вот она – Холли…

Из-под морды вытянулась длинная рука, одетая в рукав космического комбинезона.

Длиннющие пальцы звонко щелкнули, и в них образовался цветок с дурманящим даже на расстоянии терпким запахом. Владелец морды и руки беспрепятственно просочился в дверь, незаметно образовавшись рядом с моим стулом:

– Счастлив познакомиться с вами, Холли!

Шеф собрался упасть в обморок:

– Капитан, что вы себе позволяете…

– Да успокойся ты, Анри, что со мной случится? И культуры твои не только не подохнут, но даже не мутируют от моего присутствия, я тебя уверяю.

Сколько помню, ты всегда был слабонервным, на мой вкус чересчур. Хочешь, вылечу? А?

– Нет! – шеф завизжал самым натуральным образом, на приличной скорости вылетая в двери.

– Что это с ним? – поинтересовалась я у обладателя экстравагантных манер. – Он вас боится?

– Еще как, – гордо ответствовал тот.