Еще один шанс (сборник)

Он оказался передо мною шагах в пяти: высокий, худощавый, с коротким ежиком светло-русых волос. Он возник неожиданно. Поднялся со скамьи и встал в проходе, ко мне спиной, замыкая ряд пассажиров, которые собирались выйти на станции Т. Я замерла: знакомые до боли оттопыренные уши, тонкая, усыпанная веснушками шея. Юноша оглянулся на мой призыв купить газету. Мгновением раньше я поняла, сколько лет прошло с той поры. Мне ли не знать, что творит время с нашей внешностью! Однако в моей душе, на аллее памяти, среди других бесплотных фигур крепко стояла фигура русоголового мальчика.

Замечательная ошибка сознания подтолкнула меня к выходу из электрички. Я последовала за незнакомцем. Кстати, при ближайшем рассмотрении молодой человек оказался вовсе не похожим на Того. Скоро я потеряла его из виду.

Но я уже определенно знала, что путь мой лежит в санаторий. Ноги сами вели меня знакомой дорогой, хотя глаза спорили с ними. Пропавшие тропинки, вновь построенные особняки, преградившие дорогу заборы и даже глыба нового, бетонного, моста взамен старого, деревянного, слегка охладили мой пыл.

Стоит ли идти дальше? Что я найду на месте двухэтажного, шоколадно-коричневого, еще финской постройки деревянного здания: развалины, пепелище, новое типовое строение?

И все же я продолжила путь, хотя пасмурный сентябрьский день хмурился все сильнее. Затих ветер. Почти перестали скрипеть сосны. С легким треском обламывались под ногами сухие желтоватые иглы. Я почувствовала легкую усталость.

Тянула к земле сумка с пачкой еще не распроданных газет. Тут же я заметила огромный еловый пень, потемневший от времени. Поверхность его была отполирована десятками путников до меня. Я присела.

Когда ноги перестали гудеть, вновь заговорила растревоженная память. Каждый вечер мой избранник дарил мне несколько счастливых минут, слитых с тактами незатейливых мелодий. А один раз, всего один, мы встретились с ним в старой деревянной беседке, которая прилепилась на обрывистом берегу озера.

Высокие сваи, которые поддерживали беседку, выравнивая склон, и крутая лесенка, ведущая в нее, делали наше убежище похожим на избушку Бабы-яги. Зато здесь мы были скрыты от всего мира. Мы впервые встретились после танцев и, главное, после отбоя. Прохладный, влажный мрак августовской ночи окутал нас. Но скоро лунный фонарь повис над озером и слабо осветил чуть смущенное лицо принца – длинные, черные ресницы его опущенных глаз слабо вздрагивали.