Женщина с чужим паспортом

– Ну ладно, ты тогда возьми яблочек, я тебе привез с дачи.

Парень забежал в подъезд – и спустя минуту уже входил в квартиру.

– Ну давай твои яблоки, Костик, и проваливай, – грубовато приветствовала его Тоня. Но потом вдруг она изменила тон: – Хотя ладно, оставайся, разговор есть.

Я внимательно рассмотрела его: ширококостное приплюснутое лицо с уже намечающимися морщинами на нем, но волосы пышные, зачесаны назад. Теперь, когда парень стоял в прихожей рядом с нами, стало очевидно, что он – просто карлик: его голова едва доставала мне до груди, а у меня был средний женский рост.

Хотя парень был неказист, но взгляд его был на удивление умным.

– Константин, – сказал он, протягивая мне руку. Понятное дело: манерам он не обучен, не знает, что руку первой должна подавать женщина. Но я улыбнулась ему и пожала протянутую мне руку:

– Анюта.

Губы Кости растянулись в широкой улыбке, отчего лицо его стало казаться совсем стариковским, так много морщин собралось вокруг глаз.

– Анна? – уточнил он.

– Нет, Антонина.

– Надо же, так вы тезки с Тонькой! А ведь редкое какое имя. Вы, случаем, не хозяйка кафе, где моя Антонина теперь работает?

– Какая я твоя? – возмутилась Тоня. – Или ты забыл, что твоя мать сказала? Брак со мной только через ее труп!

Костя прошел в комнату, сел на диван и с виноватым видом стал оправдываться:

– Ты же знаешь, где моя мать служит, – в милиции…

– В милиции? – ахнула я.

– Ну да, в паспортном столе, – уточнил Костик, – потому такая категоричная, а вообще-то она добрая, меня любит.

– Тебя любит, а меня нет! – обиженно воскликнула Тоня. – Но я любви с ее стороны и не жду, а вот помочь она мне может здорово.

– Помочь тебе? Ты же сама знаешь, что она говорит, чтоб глаза ее тебя не видели, – с глубоким вздохом произнес Костик. – Ждет не дождется, когда ты из этой квартиры куда-нибудь выкатишься. Это не я, это она так говорит! Чтобы подальше от нашего дома. Что тебя из милости оставили до конца года здесь жить…

– Ладно, Костя, не заводи, – старательно сдерживаясь, сказала Антонина.

 – Вот по этому поводу я и хочу, чтобы ты с ней поговорил. Эта женщина, Аня, скоро за границу уезжает, ей надо, чтобы в ее квартире кто-то остался…

Я так и ахнула: ну и Тоня, ну и сочинительница! Даром что дипломов не имеет, а вот как интригу плетет.

– Ну так вот, – продолжила Тоня. – Надо, чтобы меня тоже прописали в квартиру Анюты. А отсюда, из Автова, выписали. Меня же так и так из этой квартиры выселят.