Будущую войну выигрывает учитель. Книга первая. Карьера

А сейчас, ты, седлай офицерского коня, и проследи как за ним ухаживали, если плохо, дай конюху в глаз. Привыкай, ты теперь боец, а не крестьянин.

И Савелий убежал. Вышли во двор, их благородие стоял на крыльце с чашечкой кофе. Рядом крутилась какая-то девка, довольно миловидная, и улыбалась во весь рот. Командир наш не промах, уважаю.

За воротами стоял хозяин имения, под уздцы держал ладного жеребца, и усиленно мне жестикулировал свободной рукой. Я вышел.

– В чём дело?

Спросил я, смотря сквозь него. За ним стояла ещё лошадь, запряжённая в телегу.

Телега была чем-то нагружена. Не сильно три – четыре мешка.

– Мне бы с хозяином вашим поговорить.

– Он не хозяин – он командир! Ты хочешь аудиенции?

– Да.

– Сейчас доложу.

И развернувшись, я побежал к крыльцу. За пять шагов перешёл на строевой шаг. Встал по стойке смирно, и громко отчеканил.

– Ваше благородие! разрешите доложить!

Он кивнул головой, сдержано улыбаясь, понял мою игру.

– Местный помещик просит вашей аудиенции!

– Пусть заходит.

Улыбался он уже не скрываясь. Я развернулся, сделал пять шагов строевым шагом и припустил бегом. Подбежав к помещику. Заговорил скороговоркой, делая испуганное лицо (пугать, так до икоты).

– Их благородие вас примут, кофею они испили, настроение у них доброжелательное.

Я протянул руку, играть дак до конца. Не только начальник крут! Но и подчинённые у него не промах. Сообразительный, сразу же сунул мне серебряную монету. Развернувшись, побежал к сараю, построил рекрутов, дал команду к бою, разъяснил, что она означает.

И заставил отжиматься. А нефиг рекрутам знать, о чём договариваются высокие стороны. Высокие стороны договорились быстро. Матвей Григорьевич вскочил на жеребца и дал команду выдвигаться.

– Раненый на телегу, быстро! Савелий, тащи мои мешки. Ты.

Я ткнул пальцем в мужика имени которого так и не спросил, – Правишь.

Сам схватил «Росинанта» под уздцы и быстро привязал его за задний борт.

– Бегом, марш.

И мы мелкой рысью погнали.

Савелия и безымянного мужика я периодически менял местами. Сам же всё время бежал. Командир поглядывал на меня с одобрением.

Верст через десять сели полдничать, лошадь ведь не человек, ей отдохнуть, попастись, воды попить надо.

У Ивана глаза совсем заплыли, вот я его в телегу и определил. Спадёт опухоль, будет вместе с нами бежать. Подпрапорщик ни чего у меня не спрашивал, но обо всём догадывался. Умница, раз назначил старшим, то и нефиг меня контролировать.