Она. Девушка с побережья

Мария взглянула на отца и удивилась его грустному выражению лица.

– Папочка, почему ты переживаешь, ты не хочешь, чтобы Хулио жил с нами? – она обняла отца.

– Нет, дочка, – он погладил дочь по руке, – Я боюсь, что он повторит мою жизнь.

– А разве она была плохой? – Мария посмотрела на него своими большими глазами.

Он вспомнил Мануэлу, свою супругу. Она так же, как и дочь, всегда старалась придать ему смелости, не зная, что смелость эта ее же и погубит.

– Она была интересной, временами грустной, странной, но такой эмоциональной.

– Предпочитаю эмоциональность посредственности, – заявила Мария.

– Ты права, – Гильермо засмеялся, – Как прошел день?

– Хорошо, встречались с Флор.

– Твоя лучшая подруга.

– Вечная подруга, папа.

– Нет ничего вечного, дочка.

– У нас есть, – Мария подумала о Хосэ и в очередной раз не решилась рассказать о нем отцу, – Но сейчас будет сложно встречать мою лучшую подругу в доме с братом.

– Это почему же?

– Они не ладят.

Он ее ненавидит.

– Ага, сейчас я начинаю кое-что понимать. Вот почему он решил остаться дома.

– А я не понимаю до сих пор. Это лето будет жарким, папа, потому что я еще никогда не видела Флоренсию в таком состоянии.

– И немудрено. Какой же глупый мой сын, – Гильермо рассмеялся. И продолжал смеяться, когда Мария направилась к себе.

Закрыв за собой дверь комнаты, она осталась одна, как и во все вечера, когда в ее одиночество не врывался Хосэ. У нее не было матери, которой она могла рассказать о своих первых чувствах и она уже давно научилась держать все в себе.

Ей не хватало Мануэлы, от которой остались лишь фотографии, некоторые вещи и пара смутных воспоминаний. Отец редко говорил о ней, а при рассказах упоминал лишь о ее добродетели и заботе, и никогда о любви к ней. Он считал, она не замечала это, но она заметила. Ее мысли прервал стук в окно. Он всегда чувствовал, когда ей была необходима его помощь. Она отворила окно и впустила его. Он стоял перед ней при свете луны. Он – ее любовь, сила, надежность. Он смотрел на нее влюбленным взглядом и поцеловал.

– Ты грустишь, почему? – спросил он.

– Я думала о тебе.

– С грустью?

– Ты мне нужен, Хосэ. Я не смогу без тебя жить, – она подняла на него свои бездонные глаза.

– Я всегда буду с тобой, любовь моя. Всегда.

В соседней комнате Хулио лежал на кровати и листал старый альбом. Он тоже вспоминал о маме.