ЗАШИБИСЬ!!!

Наконец, табличка с надписью «7 этаж» позволила выдохнуть и почувствовать себя в раю. Но заходить в кабинет девушка явно не спешила. Нееет… Шоу, где ее грудь выпрыгивает из платья почти точно также, как у женщины с танцующими сиськами, она еще не готова показывать. Не сегодня. Все равно ведь опоздала.

***

Спустя несколько минут, более-менее восстановив дыхание, она открыла дверь кабинета. Люди сидели в просторном помещении по технологии «Open Space», лишь в дальнем углу проглядывалась дверь в отдельный кабинет.

Видимо, там восседал ее директор. Она как можно более естественнее широко улыбнулась и громко поздоровалась. Не тут-то было… народ как сидел, так и продолжал сидеть, не обращая на нее никакого внимания. Отлично! Видимо, это они ехали в лифте. Она бы так и стояла, в центре кабинета, как новенькая елка, как раз в темно зеленом платье, если бы, не сжалившись над ее, наверное, жалким видом, к ней не подошла молодая девушка в больших очках в коричневой роговой оправе с густой челкой, закрывавшей стекла очков почти наполовину.

– Привет, ты, наверное, Динара, да? Меня зовут Бота. Пойдем я тебя провожу к твоему столу.

– Спасибо, – проговорила Дина девушке, скорее всего когда-то прошедшей через то же самое и, замявшись на долю секунды, почему-то вдруг ляпнула. – Только меня зовут ДинЭра. Но можно и лучше называть просто Дина.

Сквозь толстые линзы очков на Дину смотрели неестественно большие, расплывшиеся и удивленные глаза. Колокол в голове на мгновение замер, и Дина отчетливо увидела весь процесс мозговой активности за оптикой очков в поисках подходящей физиономии к своему «фейсу» или же оправдания для автора прозвучавшего имени, а может быть и того, и другого.

Пришла очередь опытной, обожженной до мозга костей, Дине сжалиться и больше не травмировать психику коллеги.

– Вообще, родители меня назвали Динара, – начала Дина приводить Боту в чувство. – Но женщина, выдававшая свидетельство о моем рождении, сделала ошибку. Дура. А родители ее заметили спустя уже несколько месяцев, когда ничего исправить было нельзя.

Дураки. То, что можно было исправить в «удастаке», узнала, когда обмывала с друзьями «удастак».

Глаза за очками еще какое-то время поморгали, сохраняя замешательство. Кажется, про «обмывала с друзьями «удастак»» было лишнее. Ну и ладненько… Какую-то часть правды она же должна рассказывать. Потому что никто никогда ни под какими пытками не узнает, что никакой ошибки в имени не существует.