Прыжок домашней львицы

У Валентины заломило в ушах. Лева находится в опасности. Надо действовать, некогда тут рассусоливать. Валентина нагнулась и пошарила рукой под ковриком. Ключа не было.

– Нету ключа-то, – сердито буркнула соседка, она появилась сзади, тихо и неожиданно, нависнув зловещей тенью, – он с собой теперь ключ берет. Не доверяет мне.

– А я в кухне посижу, – беззлобно предложила Валентина.

Опыт прошлого коммунального бытия подсказывал, с соседкой лучше не ссориться. Дешевле обойдется. Валентина прошла в места общего пользования.

Отцовский стол скромно пристроился в дальнем углу, будто не хотел привлекать к собственной персоне постороннего внимания. Столешница, покрытая старой пожелтевшей газетой, пустые молочные бутылки, оставшиеся еще с советских времен, проволочная сетка для просушки вымытой посуды. Тетя Феня зорко наблюдала за пока безобидными перемещениями Валентины. Не дай бог, перейдет через чужую границу. Расстрел на месте. Непреложный закон коммунального бытия.

– Теть Фень, а давно отца-то видели? – спросила Валентина, прерывая мучительное молчание.

– Дак с месяц уже как не видела, – живо откликнулась тетя Феня.

Соседка явно утомилась от длительного бездействия. Она засуетилась у плиты, начищая белой тряпочкой газовые горелки. Плита изрядно потускнела от нещадных чисток. Широкие ржавые полосы расползлись по эмалевым бокам, некогда выкрашенным белой краской.

– Как это? – удивленно воззрилась на тетю Феню Валентина. – В одной квартире живете и месяцами не видитесь, что ли?

– А что мне с ним, детей крестить? – обиженно возразила соседка.

 – Утром рано уходит, вечером поздно приходит. На кухню совсем не заходит. Ничего не готовит.

– А что он кушает? Чем питается? Стол пустой, никакой еды нету, – Валентина повозила руками по старой газете.

– Дак он давно ничего не готовит, тихий стал, богатый потому что, – завистливым голосом проскрежетала тетя Феня.

– Да не придумывайте вы, тетя Феня, скажете тоже мне, – отмахнулась Валентина.

Сквозь ворох путаных мыслей проскочило легкое беспокойство.

Валентина бездумно водила руками по столу, коленям зачем-то потрогала спинку обшарпанного стула. Все эти движения она совершала истово, словно молилась, довершая умственный религиозный обряд обязательными ритуальными действиями.

– Валюшка, ты чего вся посинела? – сказала соседка. – Расслабься и получи удовольствие. Хочешь грибного супчика? Я ведь сама грибы собирала, в лес ездила, а сушила над плитой. Вот здесь.