Солнце, вино и поджаристый хлеб во Франции

По привычке, перед сном, выпил стакан ликёра, чтобы лучше спать, и лёг в постель. Немножко помечтал о жизни во времена Мэрилин и Фрэнка. И уснул. Так неожиданно и крепко, словно потерял сознание.

…Мрак. Тишина. Странно, неожиданно, вспыхнул яркий день! Над Москвой медленно летит гигантская, улыбающаяся голова Мао Цзэдуна! Потом Франция, Эйфелева башня, я прыгаю с неё, и лечу над какой-то пустыней. Вдруг, из песка, выпрыгнул огромный, полосатый, рогатый заяц, ударил меня лапой, и стал душить! Как тяжело мне, как страшно, я умираю!

Тишина.

Всё ушло. Я сижу среди цветов, напротив меня сидят Фрэнк Синатра, и Мэрилин Монро. Я молчал. Фрэнк и Мэрилин улыбались.

– Сашенька, не бойся! Мы – немножко другие, но настоящие! – сказала Мэрилин. – Мы вырвали тебя из страшного сна. Ты мог погибнуть. Сейчас ты и мы, висим высоко над Москвой, на площадке, созданной нашим умственным усилием. Нам это разрешено. Ты не боишься?

– Нет, -сказал я. И ничего больше сказать не мог. Я думал, что я умер. И то, что видел, не понимал совершенно.

Галлюцинации? Мираж? Игра каких-то неведомых сил природы?

– Ты не умер, Саня, -сказал Фрэнк, -Ты симпатичен нам, и мы пришли к тебе на помощь. Ты ведь считаешь меня великим певцом?

Я кивнул. Фрэнк налил мне стакан виски. Я выпил. И стал медленно приходить в себя.

– Ты ведь считаешь Мэрилин величайшей актрисой?

– Да! Конечно! – крикнул я, и посмотрел на Мэрилин.

Мэрилин улыбнулась, и сказала:

– Ты умничка, Саша, а мои коллеги из Голливуда- нет.

Ты разбираешься в искусстве, – а они нет…

– Мы хотим поговорить с тобой, Саня, -сказал Фрэнк. – Вернее, хотим помочь тебе. Ты часто с ужасом думаешь, что твоя страна на краю гибели. И ты прав. Ты думаешь, как спасти её… Но понять, что для этого нужно сделать, не можешь… Так?

– Да… не могу! – прохрипел я…

Мэрилин положила руку Фрэнку на плечо и сказала:

– Подожди, Фрэнк, он что-то не может прийти в себя… Может быть, он хочет есть. Саша, ты хочешь моё пирожное? Я сама сделала его!

– Ну, конечно, Мэрилин! – хрипло крикнул я.

– Прекрасно, мой дорогой! Съешь-ка вот это! – Мэрилин хлопнула в ладоши, и у неё в руках появилось малахитовое блюдо с золотистыми и розовыми пирожными.

– Ну как? – спросила Мэрилин.

– Бесподобно! – крикнул я, -Такого на земле быть не может!

– Верно, – сказала Мэрилин, и печально улыбнувшись, сказала, – Там вообще мало хорошего…

– Давай ещё стакан! – сказал Фрэнк, и налил мне виски.