Гротески

Песнь VII, Вступление

В первый раз – пять недель тому назад на корриде, когда черный бык Миуры ранил в руку маленького Квинито, в следующее воскресенье – опять, а также и в последующее – на каждой корриде встречал я его. Я сидел внизу, в первом ряду, чтобы делать снимки; его же место, выкупленное по абонементу, находилось рядом с моим. Маленький человечек в шляпе-котелке, в черных одеждах английского пастора – вот кто он был, бледный, безусый, в очках с золотой оправой, с одной примечательной чертой – у него совсем не было ресниц.

Я сразу обратил на него внимание. Когда первый бык поднял на рога гнедую клячу, и с нее грузно сверзился рослый пикадор, когда лошаденка с трудом вскочила на ноги и заковыляла с распоротым брюхом, наступая на свои волочившиеся по песку окровавленные внутренности, путаясь в них… тогда я услышал возле себя тихий вздох, отчетливо полный удовлетворения.

Днем мы сидели рядом, но не обменялись ни единым словом. Зрелищные игрища бандерильеро[1 - Участник корриды, выступающий во второй терции зрелища.

Его цель – воткнуть в тело быка пару небольших копий (бандерилий) наподобие гарпуна. – Здесь и далее, за исключением особо оговоренных случаев, примечания переводчиков.] его мало интересовали. Но когда эспада вонзал свой клинок в затылок быка и рукоять подобно кресту водружалась над могучими рогами, он хватался руками за перила и подавался вперед. Garrocha[2 - Гарроча – деревянный шест, который всадник держит в руке и выполняет с ним разные движения, управляя лошадью посадкой и одной рукой. ] – вот что было для него самым главным. Когда кровь фонтаном била из груди лошади или когда чулос[3 - Чулосы – пешие бойцы в бою с быками.] ударом кинжала в темя приканчивал смертельно раненное животное, когда разъяренный бык растерзывал на арене лошадиные трупы, зарываясь рогами в их зияющее нутро… тогда этот человек нежно потирал руки.

Однажды я спросил его:

– Вы горячий поклонник боя быков! Полагаю, вас впору величать… афичионадо[4 - Aficionado (исп.) – любитель чего-либо; фанат.

]?

Он кивнул, не проронив ни слова, всем видом давая понять – не мешайте смотреть.

Гранада не так уж велика; вскоре мне довелось узнать его имя. Он был духовником маленькой английской колонии. Его соотечественники постоянно называли его «Падре» и, по-видимому, считали не вполне нормальным. С ним никто не водил знакомства.

В одну из сред я посетил бой петухов. Проходил он в маленьком амфитеатре в форме круга, с возвышающимися рядами скамей.