Галерея демонов Ламбранта

Если не люциферит, то наши собратья с Вами ещё разберутся.

Артём решил не уточнять, о чём говорит этот психопатичный товарищ.

– Дайте конвойной службе поручение освободить моего подзащитного, – подчеркнул он и вышел.

Честно говоря, их беседа была слишком странной. Какой ещё экзархат? Причём здесь округ дьявола? И что за люциферит? Может, они имели в виду Ламбранта? Ведь вчера Хомунин лично видел, какой чудовищный у него вид – с рогами, хвостом, крыльями. Да и Блинов говорил про некого беса. Как это было связано с рожками прокурора, прячущего их под париком?

Адвокат ощущал себя в какой-то сюрреалистической сказке – бесы, люцифериты, сатанисты, адвентисты.

Правда, с утра, как ему и обещал Павлов, он получил вполне настоящие деньги за свои старания. А ради них можно было не обращать внимания на всеобщее сумасшествие.

– Спасибо Вам, – раздалось над его ухом, когда он спустился на первый этаж.

Вадим стоял с радостной улыбкой, виновато спрятав руки за спину.

– Это моя работа, – сухо ответил Хомунин и жестом пригласил его к выходу.

 – Вы свободны, можете идти домой. Главное, не покидайте места жительства на время следствия.

– Да там это… – замялся Плетнёв, опустив голову. – Ну, эти…

По приглушённым звукам со стороны выхода Артём понял, что вынудило его клиента трусливо жаться в здании суда. Люди со вчерашних митингов пришли встретить «детоубийцу» и скандировали те же лозунги – «Адентисты-сатанисты», «Долой сектантов из города», «Изувера на вилы». Впрочем, охранять подзащитного от разгневанной общественности не входило в адвокатские обязанности.

Но Хомунин знал, что без его помощи справиться с такой ситуацией у парня точно не получится. Да и Павлов не дал чётких указаний, куда везти Плетнёва после освобождения. Поэтому пришлось воспользоваться «чёрным ходом».

– Я всю ночь не спал, молился, – признался Вадим, плетясь следом за Артёмом по внутреннему двору суда. – Так и не решился клеветать на пастора Роберта и братьев.

– Бывает, – отозвался Хомунин.

– Лгать – это большой грех, – продолжил Плетнёв, словно агитируя в ряды адвентистов.

 – А ведь источник лжи это Дьявол. Девятая заповедь запрещает лгать.

– Отрекаться от людей, попавших, как Вы, в беду, тоже запрещает? – парировал адвокат, которого религиозные фанатики всегда заставляли улыбаться.

– Я не отрекался от Христа, – судорожно заговорил Вадим. – Я веровал и верую.

– Я имею в виду Ваших друзей из этой адвентистской церкви. Павлов сказал, что Вас отлучили от неё.