Ламбрант и Зодиак сатаны

– Что, если этот, как вы его назвали, «гражданин» являлся одним из участников такого культа? – продолжил Валентин, недружелюбно посматривая то на Гостицина, то на Пелевец, то на Снегирёву. – Даже если так, то теперь с кашей из внутренностей определить это мы уже не сможем… И всё благодаря тому, что вы вдруг решили побыстрее его вскрыть.

– Я не делала с ним ничего противоправного, – поспешила заметить Герда. – Стандартный осмотр со вскрытием…

– Разве? – ухмыльнулся Охтин и ткнул пальцем в сторону рогов Фёдора.

 – А почему тогда не вскрыт череп? Или Вы решили как-то избирательно провести этот свой «осмотр»?

В его словах была правда, что патологоанатом уже не могла отрицать. Она сама вчера сглупила, оставив «опасную» часть тела на потом. Любое вскрытие должно начинаться с головы. Но ведь не говорить же этому напыщенному господину, что вытворял рогатый труп, когда Пелевец попыталась поковыряться в нём!..

– У Вас же нет с собой эксперта, – попыталась добавить женщина. – А тело нельзя долго держать без специальных процедур.

Это нарушает требования инструкций и закона. Сами чувствуете запах. А всё потому, что мы не стали закачивать раствор формалина, ждали вот Вас.

– Я сам себе эксперт, – произнёс мужчина низким голосом и отошёл к ближайшему столу.

Там он раскрыл свой чемоданчик и быстро натянул на руки резиновые перчатки. Инструменты у него тоже оказались своими.

– Знаете, Вам лучше покинуть помещение и не отвлекать меня больше глупыми отговорками, – сказал Валентин, явно готовясь провести собственное вскрытие.

 – Я обязательно доложу начальству об этих нарушениях. Вы же элементарно даже не побеспокоились о собственной инфекционной безопасности. Любой подозрительный труп, тем более в делах с религиозно-экстремистским подтекстом, может представлять чрезвычайную опасность. Сектанты могли нашпиговать его всем, чем угодно.

– Не слышала о таких инцидентах, – вполголоса отозвалась Герда, выпроваживая Иру и Гостицина в коридор.

– Поэтому Вы и работаете где-то у чёрта на рогах, а не в Питере, – заключил Охтин, глянув на патологоанатома с высокомерием.

 – Впрочем, и отсюда Вас надо бы уволить… Будьте добры, позовите ко мне Яна. Думаю, с этой задачей трудно напортачить.

Женщина не стала говорить ему что-либо в ответ. В конце концов, она понимала, что допустила ряд грубых ошибок. Увольнять её за это, конечно, никто не станет. В Юршорске и так имелся дефицит кадров. Поэтому Пелевец молча вернулась в свой кабинет, где вовсю разливался смех.