Берлога для Уммки. Народный роман-игра «Золотой Уммка»

Фрау Лец договорилась об их временном поселении в бывшем общежитии Института Модернизации Учителей, переоборудованном в гостиницу.

Поедая омлет с помидорами, Алекс думал о том, как убедить своего шефа в необходимости оставить его до полного оформления документов на грант. Ему не хотелось возвращаться в Ханадырь с пустыми руками, мотаться туда-сюда было бы накладно. Но у директрисы были свои планы: надвигающийся юбилей Дворца и праздник двухсотлетия Пунша предполагалось ознаменовать целой серией памятных брошюр и буклетов.

Что, естественно, взваливалось на плечи Спиро.

«Да и отдохнуть не мешало бы, сколько лет на материке не был, – задумчиво мешал ложечкой чай Алекс. – Имею я право на отпуск или нет? Черт с ним, с юбилеем, вернусь осенью и с аппаратурой».

– Извините, что помешал, но уж очень поговорить хотелось с представителями далекой Чумландии, – раздался густой бас.

Представители обернулись и увидели богатырского сложения бородача.

– Позвольте представиться, Дар Креч, биолог, грант номер ДК 034.

Бывший ваш земляк, можно сказать, услышал о вас на вчерашнем закрытии и не смог удержаться.

Присев осторожно за стол, он улыбнулся широкой улыбкой.

– Как там пятый причал, стоит еще? Сколько лет прошло, а все как перед глазами. Лиман, тундра, снежники, антенны на сопках. Два года отбарабанил как-никак в ПВО. Сейчас в Нижнем Ньюбурге, в университете, кафедра молекулярной биологии.

Они разговорились. Фрау Лец особенно заинтересовал порядок и условия получения гранта.

Нижний, Нижний, что-то связано с этим городом.

Что-то помимо его давней и неудачной попытки стать биофизиком. Ну, конечно! Ведь именно там открыт один из центров по изучению морских и речных млекопитающих, там ведутся работы над одомашниванием тюленей и тому подобной живности. Попытки получить потомство золотого тюленя, с тем чтобы наладить их разведение в пресных водоемах континентальной части материка. Алекс вспомнил, что у некоторых ученых, исследовавших памятный для него улов речных пиратов, на куртках красовалось слово «Н-Ньюбург».

Немного поболтав, Креч поднялся из-за стола.

– Будет время, заходите, я в 520 номере. Всего доброго, привет Ханадырю.

Полярники народ особый, и даже те из них, кто пробыл на Севере не так уж много, «западают» на нем на всю жизнь. Алекс решил зайти к ньюбуржцу и, предупредив Лец, что немного задержится, заглянул в номер к Кречу. В нем была точно такая же обстановка, если не считать обоев другого цвета и иной формы зеркал.