Второй потоп

– Притяжение было бы заметно, когда оно находилось бы на расстоянии тысячи миллионов миль, – продолжил он.

– Да, заметно, я признаю, – ответил профессор Мозес, – но все равно вы бы этого не заметили, потому что вы бы не искали его, если бы туманность не была видна первой, и даже тогда потребовались бы месяцы наблюдений, чтобы обнаружить эффекты. И как вы собираетесь обойти эти сведения? Сейчас это начинает проявляться, и я готов поспорить, что если с этого времени вы будете внимательно изучать движение планет, вы обнаружите свидетельства того, что возмущение становится все сильнее и сильнее.

Версаль точно указал именно на это и вычислил возмущения. Эта тварь пришла, как вор в ночи.

– Вам лучше поторопиться и занять место в ковчеге, – саркастически сказал профессор Пладдер.

– Я не уверен, но я сделаю это, если смогу его получить, – ответил профессор Мозес. – Возможно, через несколько месяцев вы уже не подумаете, что это такой уж смешной вопрос.

– Я удивлен, – продолжал президент, – что человек с вашим научным положением должен унижать себя, принимая всерьез такую чушь, как эта. Я говорю вам, что это абсурдно.

– А я говорю вам, что вы абсурдны, говоря так! – возразил профессор Мозес, теряя самообладание. – У вас под контролем четыре самых больших телескопа в мире, почему бы вам не приказать своим наблюдателям искать эту штуку?

Профессор Пладдер, который был очень крупным мужчиной, выпрямил свою округлую фигуру и, со звонким стуком опустив кулак на стол, воскликнул:

– Я не сделаю ничего настолько нелепого! На эти сведения, несомненно, повлияло народное волнение.

Возможно, в атмосфере была небольшая неясность – перистые облака или что-то в этом роде, а остальное наблюдатели вообразили. Я не собираюсь оскорблять науку, поощряя деятельность такого шарлатана, как Космо Версаль. Что нам нужно сделать, так это подготовить сообщение для прессы, успокаивающее население и склоняющее авторитет этого учреждения на сторону здравого смысла и общественного спокойствия. Пусть секретарь напишет такое сообщение, и тогда мы отредактируем его и отправим.

Профессор Пладдер, от природы деспотичный, иногда бывал немного властным, но, будучи человеком больших способностей и пользующимся всеобщим уважением за его высокое положение в научном мире, его коллеги обычно склонялись перед его решениями.