Легионер. Век Траяна

– Будущие легионеры Пятого Македонского легиона приветствуют достопочтенного и щедрого ликсу Кандида! – сказал Приск любезно, но без тени подобострастия, даже чуть покровительственно, как будто он был военным трибуном, а не будущим рядовым легионером.

– Ну, это… у нас твои тессеры, вот мы и пришли… – вылез, наконец, из бассейна Кука.

– Тессеры в кабак, а не в мой дом, – нахмурился Кандид, сообразив, что видит перед собой не злодеев-грабителей, а горе-новобранцев.

– Мы не хотели обидеть тебя или твою семью, – вновь вступил в разговор Приск.

 – Но вино, что мы выпили в таверне, так ударило нам в голову, что мы осмелились явиться в дом незваными на германский манер. У этих варваров хозяин принимает нежданных гостей столь же радостно, как и приглашенных.

– Понравилось вино? – спросил ликса.

Квинт хотел сказать «нет», но Скирон дернул его за тунику.

– Плиний Старший называл здешнее вино божественным, – Гай позволил себе улыбнуться.

Обе девицы, синеокая и черноглазая, уставились на Приска, оценив его эрудицию и ораторские таланты.

– Сразу видно, что язык у тебя хорошо подвешен, – засмеялся Кандид, – не удивлюсь, если легат через пару месяцев запишет тебя в канцелярию. Откуда же, орлы или быки, уж и не знаю, как вас называть, – скептически хмыкнул хозяин, – вы явились?

– Из Италии! – гордо объявил Скирон, с видом победителя водрузив ногу на грудь поверженного привратника, будто собирался позировать для скульптуры какого-нибудь императора.

«На тонконогого Домициана очень даже похож, – подумал Приск, – правда, нет еще ни лысины, ни живота».

– У кого будете служить, могучие мужи? – продолжал потешаться Кандид.

– У центуриона Валенса. И еще говорили про какого-то Декстра, мол, что все вопросы к нему, – ляпнул Квинт.

Кандид вдруг перестал смеяться. Нахмурился, глянул исподлобья.

– Пригласим их к столу, – сказала приятным грудным голосом хозяйка. – Все равно Корнелий с женой не приедут, а приготовлено на девять персон.

Только блюдами, что наготовлены у нас на девять, можно и восемнадцать накормить. Женщины сядут на стулья по старинному обычаю, мужчины возлягут – вот и поместимся все. Баня еще не остыла. Ребята сполоснутся после дороги.

– Ты – сама доброта, моя Майя! – Кандид приобнял жену за плечико.

Его хитрые живые глаза быстро ощупали новобранцев. Мысленно он каждого оценил и взвесил.