Шерлок Холмс и Русская богиня

Идёмте!

Они спустились вниз по множеству трапов в недра огромного судна и долго шли по коридору грузового трюма, оставляя по обе стороны от себя двери складских помещений и корабельных кладовок. Электрические лампы прекрасно освещали стальной коридор, но воздух в нём был чем-то похож на воздух в горящей угольной шахте. Откуда-то тянуло гарью и жаром, тяжёлый запах машинного масла тупо давил на обоняние, в горле першило.

– Это с непривычки, дорогой Джон! – сказал Шерлок. – Другой конец коридора ведёт в машинное отделение и в кочегарки, где пышут пламенем топки корабельных котлов.

Там настоящий ад! Но мы туда не торопимся. Нам нужен форпик[5 - Форпи?к (нидерл. voorpiek, англ. forepeak) – отсек основного корпуса судна между форштевнем и первой («таранной») переборкой, крайний носовой отсек судна. Обычно служит для размещения грузов или водяного балласта.] – грузовое помещение в носу этого гиганта, самый первый отсек сразу за форштевнем.

– Стоять! Дальше ни шагу! – услышали друзья сильный голос и увидели мощного полицейского в чёрной каске с кокардой, стоящего у глухой поперечной переборки.

– Констебль, я Шерлок Холмс! Пароль – три башни! Отзыв?

– Отзыв – львиная грива! Мы вас уже заждались, сэр!

– Вас должно быть три человека, чтобы меняться на посту.

– Так и есть. Мы меняемся через каждые четыре часа, больше в этой чёртовой душегубке не продержаться.

– Всех вас представят к награде, констебль, когда дело будет закончено. Когда мы все вернемся в Лондон, я напомню об этом вашему начальству в Скотланд-Ярде.

Теперь приступим к осмотру и проверке. Никто не пытался проникнуть туда до меня?

– Нет, сэр. Последняя живая душа, которую мы здесь видели, был сэр Майкрофт, запечатавший эту дверь своей личной печатью. Вот она, совершенно целая. Согласно данной мне инструкции с этого момента, господин Холмс, мы переходим в ваше подчинение до прибытия в Нью-Йорк и сдачи груза. Прикажете открыть помещение?

– Валяйте! Господин Ватсон со мной, это мой помощник, который имеет право доступа в помещение.

– Да, нам об этом сказали, сэр!

Констебль сорвал печать и с помощью двух ключей вскрыл замки стальной двери, повернувшейся в петлях с ужасающим скрежетом. Ватсон почувствовал, как по хребту у него побежала струйка пота, а по коже поползли мурашки. В проёме было темно, но Холмс уверенно нырнул в черноту и через пару секунд включил освещение. Ватсон зашел в помещение, и констебль сразу захлопнул дверь за его спиной, оставшись снаружи.