Паруса «Надежды». Морской дневник сухопутного человека

Как же настроиться на нужную волну? И тут откуда-то выползла фраза Арсена: «Без денег не приходи». Надо! Ну, Катька, погоди!

Когда они уже отдыхали после его «подвига» в постели, она положила голову ему на плечо.

– Мальчик мой! Я знаю, ты используешь меня, ты меня не любишь и не полюбишь. Да?

И это извечное, после констатации факта, что не любишь… Откуда-то всегда вылезал женский вопросик, такой наивненький, скромненький: «Да?» С большим – пребольшим вопросительным знаком. Он всегда бесил его. Зачем тебе обязательно услышать правду, если ты и так знаешь ее?

– Перестань! – Илья закурил.

– Любимый, ты, конечно, порядочная сволочь, что пришел ко мне. Уверена, что, если я тебе дам эти деньги, ты их никогда не вернешь. Никогда. Ты же знаешь, я не возьму с тебя ни расписки, ничего… Молчи. – Она закрыла его рот своей мягкой ладошкой. – Мы с тобой никогда не говорили так. По душам. Ты думаешь, я падшая… Да – да, ты так думаешь. И это правда. А я молюсь, прошу у Господа прощения за всё… И когда мой уходит в плавание, я прошу Господа, чтобы он вернулся живым и здоровым; и про тебя всегда помню, ставлю свечку, чтобы у тебя было всё хорошо.

Ты помнишь, как мы познакомились?

– Конечно, – Илья вздохнул в темноте.

– Тот год, когда Господь подарил мне эту встречу, я вспоминаю, как праздник всей моей жизни. Я стояла под дождем на набережной, вся промокшая, продрогшая, зареванная. Я в очередной раз поругалась со своим Петей. Никто не тормозил. А ты, такой элегантный, подъехал…

– У меня тогда был старенький форд «Туарег», – Илья закрыл глаза.

«А, правда, мне ее было тогда очень жаль, – подумал он. – Стоит такая несуразная. Мокрая курица. В дорогом плаще, с хлопающим на ветру зонтиком».

Катя еще ближе прижалась к худому, жилистому телу Ильи. Потом они долго молча лежали с открытыми глазами. В форточку заглянула луна, окатила нежно-желтым светом двух неподвижных людей.

– Ты останешься? – спросила Катерина с надеждой в голосе.

– Нет. Ты же знаешь… – Илья показал на выключенный сотовый.

 – Маман… В общем, прости… Я не готов изменять своим принципам.

Когда-то он ее предупредил, что предпочитает просыпаться утром в своей постели.

– Я понимаю.

У порога она его сухо поцеловала, чуть прикоснувшись к щеке своими варениками. Заглянула в глаза.

– Сволочь ты, Илья! Ты же знаешь, не могу тебе отказать. Я найду для тебя эти деньги. Видно, за всё надо платить втридорога.

– Я отдам, – Илья вспыхнул. – Клянусь.