Мистер Понедельник

Потом решил закрыть дверь и обнаружил, что ноги-то у него, оказывается, дрожат и норовят подломиться в коленках. Вернувшись к постели, он погладил свирепого ящера по голове и задумался было – а не запустить ли руку ему в пасть да не проведать ли, как там Атлас и Ключ. Однако решил, что это дело вполне может подождать до утра.

Забравшись под одеяло, Артур снова посмотрел на часы. Уж конечно, то, что все это случилось в первые минуты понедельника, случайностью быть никак не могло!

«Надо полагать, – подумалось ему, – нескучный будет денек…»

Нарочно повернувшись спиной к окошку, чтобы не было соблазна туда смотреть, Артур закрыл глаза.

Свет в спальне, впрочем, выключать он не стал.

Глава 4

Нельзя сказать, чтобы в понедельник утром Артур уж так рвался в школу. Прямо скажем, ему туда хотелось гораздо меньше обычного. После того, что стряслось сразу после полуночи, ему так и не удалось толком заснуть. Он в ужасе просыпался каждые полчаса, потея и отчаянно задыхаясь, и, по счастью, обнаруживал, что свет по-прежнему включен, все кругом тихо и ничего ужасного не происходит.

Керамический варан с Комодо по-прежнему неподвижно стоял в ногах его кровати, и, когда комнату наконец заполнил солнечный свет, сделалось трудно поверить, что грозный ящер среди ночи ожил и отогнал пакостное существо, подлетевшее к окошку с той стороны.

Артуру очень хотелось бы списать все случившееся на обыкновенный ночной кошмар да на том и забыть… Увы, он знал, что все было очень даже реально.

Вещественным свидетельством тому были Атлас и Ключ. Артур некоторое время взвешивал про себя, не оставить ли их дома, в керамическом брюхе дракона… Однако после завтрака все же извлек их и убрал в свой школьный рюкзачок.

Перед тем как выйти наружу и сесть к маме в машину, он самым тщательным образом осмотрел сад из окошка.

В городке, где они жили раньше, Артур ходил в школу пешком. Здесь он, наверное, со временем будет ездить на велосипеде.

Покамест же родители считали, что он еще не созрел для таких физических нагрузок, и мама пообещала подбрасывать его в школу по пути в свою лабораторию.

При иных обстоятельствах Артур, вероятно, заартачился бы хоть для виду. Должен же он был, в самом деле, изобразить свободолюбие и независимость перед лицом братца Эрика, который в некоторых отношениях являлся его кумиром. Эрик был легкоатлетической и баскетбольной звездой.