13 (сборник)

Но порой до получателей доходили надёжно спрятанные в книжке или ещё в чём-нибудь деньги, ну так вот если они доходили, и их там было достаточно, то гуляла вся казарма: то водку в магазине купят, то самогон у местных жителей возьмут или коробок анаши кто-нибудь достанет. Это бывало редко, но незабываемо. Главное, что пили в прямом смысле всей казармой, не только солдаты, но и Мухтар тоже, наливали ему миску, дескать, пусть познает кайф жизни.

Итак, вернёмся к главному, к истории, из-за которой Джамиль получил отпуск.

Она поражает своей простотой и нелепостью. Совершая вечерний обход границы, Джамиль отлучился на зов природы, сослуживцы пошли дальше, а собака осталась с ним. Стоит справляет нужду, всё тихо, спокойно, вокруг ни души, и вдруг Мухтар ни с того ни с сего, лая, бросился в кусты, оттуда стали раздаваться крики. Защитник родины подбежал, передёрнул затвор, смотрит: лежит мужик, на нём безумно лающий Мухтар, рядом мешок. Сообщив по рации о местонахождении, Джамиль решил заглянуть в мешок, там то и была главная награда, он оказался до краёв забит коноплёй. Ну само собой, заполнил ею все имеющиеся карманы, дождался патруля, а вечером в казарме все поздравляли его с отпуском и с удачной находкой, всё, что осталось в мешке, конечно, конфисковали, но того, что Джамиль успел впихнуть себе в карманы, должно было хватить минимум на две недели. И вот теперь он сидел в маршрутном автобусе №88 и возвращался домой. Он смотрел в окно и поражался, с какой скоростью они строят эти новостройки, с какой скоростью они разрушают прежний, уютный, красивый, а самое главное, близкий сердцу, город. Они сносили старые, прочные и комфортные дома, вместо которых ставили новомодные и хрупкие многоэтажки, совершенно не вписывающиеся в общий ландшафт. В стекле он видел своё отражение, в голове мелькнула мысль о том, что армия делает с людьми, но закончить её он не успел, его взгляд, его мысли, его сердце, привлекло отражение девушки, сидящей сзади него. Позади сидела брюнетка, на вид лет семнадцать, Джамиль мог разглядеть лишь её ангельское личико, тёмные глаза, подобные своей красотой лишь сапфирам, губы по цвету не уступающие лепесткам роз, и волосы тёмные, как смола.

Глава 3. Она и Он

Недоступным для взгляда осталась лишь её совершенная фигура, одним словом Самойлову Каму можно было назвать богиней. Но внешность обманчива, под образом красавицы скрывалось чудовище, коварный капкан любви. Она ехала не одна, а с одним из многочисленных её парней.