Хищницы

«В меня вливается тёплая энергия. Моё тело наполняет приятное спокойствие и расслабленность. Умиротворяющая волна поднимается во мне снизу вверх. Немеют стопы, расслабляются мышцы ног, энергия проходит через живот, грудь, плечи… Мимические мышцы лица опадают, кожа распрямляется… да ерунда какая-то! – Эми распахнула глаза и убрала руки от головы. – Сижу – дура дурой. Ладно бы выглядела ещё как чудовище, можно понять такую катастрофу с мужчинами, но ведь за одну мою грудь пятого размера кое-кто может покончить жизнь самоубийством! А толку?! Где они, нормальные мужчины?»

Эми вздохнула, перелистнула на мониторе ещё одну страницу с «Майорками».

«Мама говорит мне: прежде чем обвинять других во всех смертных грехах, спроси себя. Может, это ты в первую очередь виновата в случившемся? Может, это с тобой что-то не так?.. Да пошли бы все они! – разозлилась Эми. – Не собираюсь я в себе копаться и что-то там выискивать. Я собираюсь отдохнуть! Имею право! Буду лежать на белом пляжном песочке и в ус не дуть. И пусть эти мерзавцы ходят кругами и заглядывают мне под лифчик.

Эмили набрала Тину-секретаря:

– Скажи мне, милая, срочное что-то у нас осталось на ближайшие дни?

– М-м-м… Послезавтра деловой обед с инвесторами по «Стелле», Бренштейн просил поторопиться с отчётом, м-м-м…

– Обед перенеси, скажи, накладка по времени. Рабинович перетопчется.

– Бренштейн!

– Тем более. Всё, конец связи.

Эми вернулась на первую страницу в предложениях по Майорке и выбрала объявление наугад в середине списка.

– Алло, – сказала она в трубку. – Можно забронировать у вас одноместный номер?

Совпадений не бывает

«Нет, нет, нет, нет!» – Марго повела круглым ручным зеркалом в сторону, чтобы изменить освещение. Как ни странно, это помогло. Под другим ракурсом конопушки, словно по мановению волшебной палочки, потухли, почти исчезли.

Но Маргарита не успокоилась. Ещё некоторое время водила зеркалом туда-сюда, чтобы удостовериться, что точечек на лице почти не видно.

Веснушки предательски проступали на её щеках не только по весне, а без всякой системы и всегда неожиданно. Чаще всего – в самые важные моменты её жизни, например, когда она готовилась к свиданию.

Марго почему-то очень стеснялась их появления, хотя понять женщину можно: бабе тридцать шесть лет от роду, а лицо – словно через дуршлаг загорала. Да ещё и заметные эти пятнышки, ужас – тональником не замажешь.