Мерные рассказы

Да, и зачем об этом рассказывать, ведь это же одностороннее чувство, без развития событий, без интриг. Признаюсь, мне даже стыдно об этом рассказывать. Когда чувства на пике, я никому не рассказываю, словно боюсь что-то спугнуть, словно берегу и лелею чувства. Ведь все так зыбко. До поры до времени я охраняла свои чувства.

Через пару дней я решила больше ему не писать и не звонить. Мне вдруг стало неловко. Странно, что ранее мне не было неловко. Ранее я почему-то думала, что могу легко вторгаться в его утро или день, или вечер.

Но тут внезапно все поменялось – возникло чувство сдавливающей неловкости, граничащей со стыдом. Я внезапно поняла, что не имею право думать и мечтать о нем. Право, имею, конечно же, но как будто какая-то сила мне говорит, что не стоит погружаться в мечты о нем. Ощущение, что меня ударили по щеке, пытаясь разбудить. Я вдруг понимаю, что мои чувства не взаимны. Все это время я была под воздействием его волшебного прикосновения к моей щеке. И всё.

Через неделю я все же решаюсь написать ему, узнать о его состоянии и о том, нужна ли какая-то помощь.

Спустя 7 часов с момента отправки моего сообщения он мне пишет следующее: «Привет. Все хорошо. Я уже работаю 3 дня». По мне пробежал дикий холод. Он даже мне не сообщил и не сообщил бы. Ему было все равно на меня. Хоть я и находила оправдания его внешнего холоду, но факты никто не отменял. Какое-то время я оправдывала его равнодушие миллионами предположений. Ах, мое богатое воображение… Например, я думала, что он дико меня стесняется, поэтому так себя ведет. Или, что он думает, что я из строгой кавказской семьи, и моя семья не позволит мне с ним встречаться или его мусульманская семья будет против или, может, у него есть серьезное заболевание и он думает, что я откажусь от него (ведь я не все знала о его лечении). Версии оправданий посещали меня пару дней, а потом мне стало тошно от них, и я, наконец, решила исходить из фактов.

За все время нашего знакомства он никогда не проявлял никакой инициативы по отношению ко мне.

Да, мне казалось, что он светился рядом со мной, но это ни о чем не говорит. Сам он мне не звонил, и не писал. Подарки мои принял с большим равнодушием. Никаких джентльменских поступков не проявлял. За все время нашего общения и взаимодействия он ни разу не интересовался мной. В основном, он говорил о себе. Безусловно, впечатление произвести он мог самое великолепное. Однако, меня просто осенило – он и вправду никогда не интересовался мной.