Гагарина, 23. Тени последнего лета

***

В конце дня вернувшаяся домой Анна Борисовна была так вымотана, что, рассказывая соседке Айгуль о происшествии, забыла отправить Тимура с Аей в другую комнату. Все, включая обитателей междустенья, услышали историю Спиридонихи и Муравья.

– …Большинство смутьянов отпустили – каждый на работе получит выговор с занесением в личное дело. Тех, кто избили Муравьёву, посадили на пятнадцать суток за хулиганство, – закончила Анна Борисовна, с трудом поднимаясь с кухонного табурета, чтобы проводить соседей до двери.

Глава 5

– Почему ты не взял меня с собой? – Мок сидела на краю постели.

– В спортивном трико сзади один маленький карман, для тряпки места нет, – Тимур зевнул, – ты ведь не можешь быть всё время рядом.

– А если бы с тобой что-то случилось?

– Да отстань ты! Говоришь как бабуля. Что со мной могло случиться?! Не мешай спать.

Албасты, ворча под нос, ушла в зеркало на дверце шкафа.

– Мок! Мо-ок! – тихо позвал Тимур.

– Ну что? – из зеркала высунулась голова.

– Спокойной ночи! Не обижайся.

– Спи, я не обижаюсь. Пойду почитаю.

– А что ты читаешь? – спросил Тимур, трясясь от тихого смеха.

– Про джинна с пропеллером на спине и мальчика – интересная книжка.

Тимур задумался – «Три повести о Малыше и Карлсоне» действительно давно не видно на полке книжного шкафа. Смеяться над Мок расхотелось – снова вспомнилась Спиридониха. Теперь понятно, почему она показывала на сердце – пыталась объяснить, что Муравей – не убийца. Жалко всех до слёз. Ещё долго крутился в постели, не заметил, как уснул.

***

Дорога между домом 23 и школой проходила вдоль нескольких многоподъездных пятиэтажных хрущёвок – получился длинный двор с невообразимым количеством лавочек. Хотя и было раннее утро, но почти все «сидячие» места заняли бабушки, тётушки, молодые мамаши с колясками. Они качали головами, размахивали руками, что-то доказывая друг другу, – обсуждались последние события.

Ручеёк учеников, тёкший мимо скамеек, подхватил разговоры взрослых и понёс на школьный двор.

Там говорили, спорили – каждый знал историю лучше другого. Первыми опомнились учителя – увели шумящих малышей. Здание втянуло в себя ребятню из средних классов, старшеклассники на правах бывалых заходили не спеша, нехотя поднимаясь по выщербленным ступеням крыльца. Парни-выпускники ушли покурить за угол. От резкого звонка задрожали оконные стёкла, завибрировали двери – начался учебный день.

Занятия шли своим чередом. Подходил к концу урок математики.