Книга аэда

– Каждому, кто посмеет встать на моем пути, – Вальдерас говорил, вытянув обе руки и возвысив голос так, чтоб его слышали и те, кто уже подбежал на шум, и те, кто еще спешил к ним, – я снесу голову силой Атальпас! Прочь с дороги!

И он перешагнул порог царского дворца, изо всех сил делая вид, будто руна не ослабила его и он произнесет ее столько раз, сколько понадобится, чтобы защитить себя и друзей.

Гвардейцы и рабы, напуганные неведомой им силой, расступались перед ним, и никто не рискнул воспрепятствовать царевичу по пути в тронный теун.

Вальдерас шел, выставив вперед ладони с начертанной на них руной, зная, что друзья прикрывают спину и что он точно проживет те минуты, которые ему нужны, чтобы дойти до Нардха.

* * *

Вальдерас и его спутники вступили в тронный теун в мертвой тишине.

Царевич осмотрелся, выискивая среди придворных тех, с кем встречался. Заметив Сотхара и других, он удовлетворенно кивнул сам себе и вперился цепким глазом в Нардха, потерявшего дар речи от дерзости внука.

– Царь Нардх из ульмийской династии Сакхара! Я, Вальдерас Сакхара, твой внук, обвиняю тебя в том, что ты предал свое царство, в том, что ты перестал быть царем Ульма и являешься ставленником Карагарта!

– Как смеешь ты говорить такое царю, бледнокожий ублюдок! Я сам был в Дорожном дворце и видел, как ты убил карагартскую царицу, презрев закон гостеприимства и свой долг перед Ульмом! – Марвин Шалес, храня верность Нардху, выступил вперед, доставая из ножен меч.

– Еще движение, и я надавлю сильнее. – В горло второго мечника уперся клинок Рагдара.

Вальдерас перевел взгляд на Марвина:

– Карагартская царица приказала нас убить. А ты заколол первого амира.

– Твой грязный язык не знает правды, бледнокожее отродье, – ухмыльнулся Марвин, всем видом показывая, что даже клинок у горла не заставит его замолчать.

– Я готов поклясться в истинности своих слов в храмовом портале Атальпас. Я готов поклясться самым дорогим, что у меня есть, – моими друзьями.

А ты поклянешься жизнями своих детей, Марвин Шалес? Поклянутся ли в истинности твоего свидетельства гвардейцы, которые выполняли твои приказы в Дорожном дворце?

Вальдерас публично призвал к клятве многих, и Марвин понимал, что мало кто из участников событий в Дорожном дворце рискнет клятвопреступлением навлечь на себя гнев Атальпас.

– Зачем ты явился? – вмешался Нардх.

– Я понимаю, царь, почему ты хотел моей смерти.