Тигана

Незнакомец щедро налил себе в бокал красного вина. Выпил его и налил еще. Только после этого он повернулся к остальным. Херадо смотрел на него огромными, широко раскрытыми глазами.

– Два факта, – кратко произнес человек по имени Алессан. – Запомните их, если вы всерьез хотите вернуть Ладони свободу. Первый: если вы выгоните Альберико, то не пройдет и трех месяцев, как на вас нападет Брандин. Второй: если изгнать или убить Брандина, через такое же время полуостровом будет править Альберико.

Он замолчал.

Его глаза – серые, как теперь заметил Томассо, – с вызовом поочередно оглядели каждого из них. Все промолчали. Скалвайя теребил рукоять своей трости.

– Эти две вещи необходимо понимать, – продолжал незнакомец тем же тоном. – Ни я при достижении моих целей, ни вы при достижении ваших не можем себе позволить забыть о них. В них заключается основная истина положения дел на Ладони в наши дни. Двое колдунов из-за моря поддерживают собственное равновесие сил, и это единственное равновесие сил на полуострове в данный момент, пусть даже восемнадцать лет назад все было по-другому.

Сегодня только мощь одного удерживает второго от применения магии, к которой они прибегали, покоряя нас. Значит, если мы собираемся их уничтожить, мы должны уничтожить их обоих – или заставить их уничтожить друг друга.

– Как? – спросил Таэри слишком поспешно.

Худое лицо под рано поседевшими черными волосами повернулось к нему с улыбкой:

– Терпение, Таэри бар Сандре.

Мне еще надо многое рассказать вам о беспечности, прежде чем я решу, объединять ли наши пути. Я говорю это с бесконечным уважением к покойному, который нас сюда привел, как это ни удивительно. Боюсь, что вам придется согласиться принять мое руководство, или мы вообще ничего не сможем сделать вместе.

– Члены семьи Скалвайя добровольно не подчинялись ничему и никому на протяжении всей письменной и устной истории, – произнес бархатным голосом этот хитрый вельможа.

 – Я не готов стать первым, кто на это пойдет.

– Вы бы предпочли, чтобы ваши планы, и ваша жизнь, и долгая славная история вашей семьи угасли, словно свечи в дни Поста, из-за простой небрежности ваших приготовлений?

– Вам следует объясниться, – ледяным тоном произнес Томассо.

– Я и собираюсь. Кто из вас выбрал для встречи ночь, когда одновременно восходят обе луны? – резко спросил Алессан, и его голос внезапно приобрел остроту клинка.