Все моря мира

Некоторые имеют значение для этой истории, другие – для своей собственной. Некоторые истории рассказывают, большинство – нет. Люди поклоняются солнцу, лунам, бесчисленным звездам. Есть и другие истории, сплетающиеся с этими верованиями или предваряющие их. Моряки-джадиты часто, хотя и всегда тайком, взывают к сыну их бога, упавшему с неба в море из колесницы, с которой он не сумел справиться. Его мертвое безупречное тело достали из воды рыдающие моряки с проходящего корабля. Моряки. Вот почему именно благодаря морякам живет эта история.

Она еще не окончательно забыта.

А мы? Мы читаем или слушаем новый рассказ, и он становится паузой, интермедией в нашей собственной жизни. Мы забудем его или запомним, и он, возможно, изменит нас, прежде чем мы пойдем дальше…

Часть вторая

Глава V

Чуть менее чем за год до этих событий другой корабль отплыл домой из Хатиба на востоке, и домом его также был Альмассар на самом крайнем западе. Во время плавания, после того как на борт по традиции доставили вино и новости с большого острова Кандария, его подкараулили и взяли на абордаж пираты-джадиты с одного из меньших островков к северу оттуда.

Солнце только начало подниматься, когда их галера возникла из темноты над морем, так близко от корабля, что бегство было невозможным.

Обычное дело, пиратство, не стоило бы и упоминать о нем – никаких кругов от этого мелкого происшествия не разошлось бы по миру, – но один человек, имеющий некоторое значение, оказался на том судне, а один из пиратов умел читать по-ашаритски и заглянул в бумаги, найденные в каюте этого путешественника.

Мужчина пытался выбросить их из окна на корме, когда пираты ворвались внутрь.

То, что происходило на палубе, не было тайной. Пираты кричали на матросов и капитана на языке Тракезии. Он не говорил на этом языке, но по тону все понял.

Курафи ибн Русад, посланник халифа Альмассара, молодой автор великого (как он надеялся; работа над ним еще продолжалась) труда, знал, что ему нужно предпринять, чтобы уцелеть.

Первым делом он открыл кожаную сумку, где хранились документы. Руки у него дрожали. Конечно, дрожали. Он рывком распахнул маленькое круглое окошко крохотной каюты. Затем сел на бугорчатую койку и начал быстро просматривать свои заметки, расправляя листы на коленях, комкая и выбрасывая те, которые могли скомпрометировать его халифа или быть для него неудобными.

К сожалению, таких оказалось много.