Тун. Лето в розовом городе

Он заметил надежду в моих глазах и вмиг обрел вид мудреца:

– Не знаю причины твоей грусти, но будь уверена, что так будет всегда…

– Утешили!

Первый же кадр этого сказочного фильма был уничтожен реальностью. Мне подсунули пустое шоколадное яйцо.

– Я лучше пойду.

– Ты не дослушала.

Против его улыбки было невозможно устоять.

– Так будет всегда, пока не научишься быть счастливой в мелочах.

– Например? Чему радоваться, если выхода нет?

Но старика не так просто было сбить с толку.

– Один мой очень старый друг всегда говорил, что даже из самого плохого абрикоса может вырасти прекрасное дерево! Выход есть всегда.

Я несколько раз мысленно повторила фразу, чтобы не растерять ее по дороге обратно. Обратно! Я вскочила, чуть не опрокинув ветхий стул. Скоро проснется бабушка, и мне конец!

– Ой! Простите! Мне надо бежать!

– Ва-а-ай! А я только во вкус вошел! – Он театрально развел руками.

– Я обязательно приду еще!

– Договорились! Буду ждать, гехецкуи![9 - Красавица.

]

Льстил он или нет, но мне было приятно это слышать. Я хотела еще что-то добавить, но скрип у порога оповестил, что мы уже не одни.

Старик смотрел на кого-то позади меня:

– Барев, Нара-джан! Вонц эс?[10 - Здравствуй, Нара! Как ты?]

Глава 10

Я застыла, боясь обернуться. Бабушка?!

– Барев, Рубен-джан![11 - Здравствуй, Рубен] – добродушно ответила она и кивнула в мою сторону. – Смотрю, ты уже познакомился с Мариам, моей внучкой.

Впервые мне понравилось, как прозвучало это имя – Мариам.

В Москве все называли меня Мари и никак иначе. Полное имя казалось грубоватым, некрасивым и использовалось лишь там, где мои желания не имели никакого значения, – в государственных учреждениях и в доме у отца.

Я переступала с ноги на ногу, ожидая, когда завершится традиционный армянский обмен любезностями, а бабушка купит то, за чем пришла, и приступит к вынесению приговора. Хотя что могло быть хуже заточения? Только приковать меня к батарее.

Но в Армении нет ни батарей, ни центрального отопления.

– Подожду тебя на улице, – тихо сказала я и повернулась к старику. – До свидания!

– До свидания, Мариам!

Через минуту появилась бабушка с небольшим ящиком клубники и тяжелой поступью прошла мимо. Потом остановилась и выжидающе посмотрела на меня.

Я подошла ближе:

– Ты расскажешь ему?

– Инчи масин?[12 - О чем?]

Она знала русский, но говорила со мной на другом языке.