Избранники вечности. Книга 1. Смерть – это лишь начало

Скорее всего, никакие политические интриги и даже адюльтер не стоил бы и доли тех сведений, которые содержала эта хранительница тайн. Речь шла о вампирах, тех самых, историями о которых мы пугали друг друга в начальных классах.

Написано все это, несомненно, на основе личных наблюдений, словно Гаэтан водил знакомство с этими существами. Невероятные скорость, сила, выносливость, орлиное зрение, великолепный слух и обоняние, и это еще не все. Раны, заживающие моментально, никаких болезней, им не страшны ни пули, ни кинжалы.

Если повезет, эти создания жили вечно – вот что следовало из текста.

Просто голова шла кругом, мир неудержимо менялся. Взахлеб проглатывал я рассуждения о том, как неплохо обладать хотя бы частью этих способностей, и какие возможности это открывало. Апофеозом стало упоминание и о других существах, вроде проклятых в полнолуние ликантропах и настоящих ворожеях. Будь у меня больше времени, я прочел бы все записи, но тут послышались торопливые шаги, и я едва успел захлопнуть тетрадь и метнуться в кресло.

Схватив первую попавшуюся книгу и раскрыв ее наугад, всеми усилиями я создал видимость спокойствия и безмятежности.

Вернувшийся отец быстро прошел к столу и, убедившись, что его странный дневник на месте, с подозрением посмотрел на меня, но ничего не сказал. Как обычно, запер его и убрал в сейф. А меня буквально распирало и разрывало на части от новых сведений, и при этом приходилось старательно скрывать эмоции. Бессмысленно пялясь в «Метафизику» Аристотеля на древнегреческом, я мучительно пытался осознать то, что успел прочесть.

Мог ли я тогда предположить, что эта старая тетрадь сыграет решающую роль в переломный момент моей жизни?

Мысли скакали в голове, стараясь уложиться в новую реальность. Может, в силу возраста, но у меня не возникло ни малейших сомнений в том, что было написано в тетради, ведь отцу я доверял безоговорочно. Больше всего хотелось продолжить чтение дальше или обсудить это с автором, но я прекрасно осознавал, что это невыполнимо.

Но теперь, когда удалось получить ценнейшую информацию, перевернувшую все мои представления об устройстве мира и существах, его населяющих, давшую огромный толчок фантазии, я не собирался довольствоваться достигнутым.

На каникулах отец разрешал приходить к нему в контору, стараясь познакомить с основами труда адвоката. Ему нравилось, когда я помогал, например, подшивать документы секретарю – месье Галену.