Сказки о временах, когда кони были крылатыми. 11 новых скифских сказок

Кому ж хочется вспоминать такой ужас? А помнили только старики, которым больше делать нечего.

Пришёл как-то в это скифское поселенье Молодой Сказочник. Он путешествовал по всему побережью Амазонского моря. Одних встречных о сказках расспрашивал, другим сказки рассказывал. Добрые люди, в благодарность за развлеченье, его угощали – тем и сыт бывал.

И рассказали ему старики не сказку, а бывальщину о девушке с песчаным сердцем. Не поверил Сказочник, что такое быть может, попросил показать эту чудо-девушку.

– Что ж, – говорят старики.

 – Можно и показать. Вон она на заборе сидит, завыванье ветра слушает. И нет для неё лучшей музыки и лучшего веселья. Недаром сама Песчаная Буря её Аэллой нарекла.

Бросил взгляд Молодой Сказочник, куда ему показали, и застыл на месте, будто Песчаная Буря ему по лицу стегнула.

У девушки-то, может, и было сердце песчаное, а у него-то было настоящее, живое! Оно любить умело! Вот он и влюбился в неё без памяти – с одного-единого взгляда!

И совершенно напрасно влюбился!

Потому что Аэлла ни за что не могла полюбить его.

У неё ведь было песчаное сердце!

Хороша она была – несравненно! Глаза светлые, сквозистые, словно ветром продуваемые! Волосы пушистые, по плечам струятся, как потоки песка с обрыва. Сама тонкая, сильная – эх, такой бы красавице да сердце живое!

Молодой Сказочник ей и сказки сказывал, и песни пел, и слова красивые шептал. Слушать его слушает, не уходит, а на любовь не откликается! Ну, что тут поделаешь?

А тут новая беда пожаловала: сама Песчаная Буря о подросшей дочке вспомнила, да самолично и явилась за ней.

Закружила, забуранила по степям, потоками песка всё живое вокруг исстегала, засыпала домишки скифские, а которые – так и вовсе поваляла!

Все скифы в страхе от неё попрятались, хоть и неробким народом славились. Да куда уж против такой-то силищи устоять!

Один только глупый Сказочник в степь бесстрашно выскочил. Перед самой Песчаной Бурей на колени пал. О своей любви-кручинушке Плясунье рассказывает, умоляет освободить сердечко девичье от груза песчаного.

Только смеётся-посвистывает в ответ Буря, даже слушать не желает. Пляшет-развлекается, юбками машет, землю с небом мешает! Однако почудились – а, может, и не почудились? – ему среди дикого воя слова:

– Выдержишь испытание – от рассвета до рассвета посреди степи простоишь, в то время когда мы с дочкой пляски затеем, – тогда, может быть, послушаю тебя, так и быть!

– Что ты, что ты, – отговаривают молодого безумца старики.