Королевство Гаргалот

Толкнув дверь, я быстро ухватил взглядом пространство комнаты, Карелла на том конце спиной ко мне стоит на балконе и смотрит через высокие перила вниз во двор.

Перешагнув порог, я зыркнул направо-налево, все чисто, я один в комнате, не считая хозяйки, пошел вперед, громко топая.

Карелла обернулась, вся озаренная золотом солнца, лицо вспыхнуло счастьем, торопливо вышла мне навстречу, в глазах ликование, настоящая женщина, умеет делать себя такой, какой должна быть в данный момент.

– Глерд, – прощебетала она, – как я счастлива… Нет-нет, не пугайтесь, в постель не потащу.

– Правда? – сказал я с подчеркнутым сожалением. – А я уж размечтался…

Она сказала с мимолетной усмешкой:

– Уже вижу, почему-то избегаете меня. Точно злые языки что-то сказали обо мне дурное.

– Мир таков, – согласился я, – а двор – еще тот мир.

Она договорила:

– Я искала способ, как сообщить вам, что вы в опасности. Простите, ничего лучше не придумала.

Я настороженно всматривался в ее юное и такое бесхитростное лицо.

Мяффнер осторожно обронил насчет ее железного характера, но так, деликатно, не навязывая свое отношение и не показывая, что его мнение является единственно верным.

– Я это чувствую, – согласился я, – смотрю на вас – и вижу, как вы отбираете у меня сердце.

Она мило улыбнулась, но тут же посерьезнела и покачала головой.

– Глерд, прошу вас, сядьте. Вот сюда, это удобное кресло.

Я оглянулся, кресло в самом деле фрейлинское, сплошная роскошь, но взялся за спинку соседнего:

– Прошу вас…

Карелла, придерживая обеими руками с боков платье, улыбнулась и царственно опустилась на мягкое сиденье.

Не вся, конечно, опустила только задницу, ноги на полу, но почему-то считается, что это вот и есть опустилась в кресло, как будто задница – наше все и поместить ее в кресло – уже сесть целиком.

Я сел напротив и заглянул ей в милое личико с серьезными глазами.

– Госпожа Карелла…

Она покосилась по сторонам и сказала страшным шепотом:

– Мне удалось случайно услышать обрывок разговора… В общем, некоторые считают вас серьезной помехой.

– Помехой чему? – уточнил я.

Она вздохнула.

– Больше ничего не расслышала. Но, глерд, сам тон, интонация… Говорили очень знатные глерды. А таким лучше не становиться поперек дороги. Вы собираетесь уехать?

– Да, – ответил я.

– Постарайтесь забраться подальше, – посоветовала она серьезно. – Если вам в Дронтарии дали землю, то лучше и не придумать. Когда едете?

– Завтра с утра.