Охота на полузверя

Хранитель, забыв о наказе не превращаться без надобности на людях, стал медленно покрываться черной густой шерстью. В венах погорячело, клыки удлинились на ладонь, он уперся ладонями в столешницу и прорычал глухо:

– Пришел оспорить право вожака?

Стриженый ворг тоже положил ладони на стол и ответил, покрываясь красноватой, с неприятным мерцанием, шерстью.

– А если и так? – отозвался он. – Если есть более достойный вожак, разве не по справедливости отдать власть ему? Более молодому и умелому.

По телу Лотера прокатилась волна, которая мгновенно покрыла его озвером, превратив в жуткое двуногое чудовище, похожее на медведя и волка одновременно. Он поднялся неспешно, как подобает вожаку и отшагнул в проход между столами.

– Любой может оспорить право вожака, – хрипло сказал он.

Народ в таверне притих. Те, кто оказался слишком близко к двум опаснейшим существам в Цитадели, побросали кружки и кинулись в толпу. Вокруг воргов образовался свободный пяточек.

Стриженый ворг поднялся следом и встал напротив Лотера.

Надбровные дуги наползли на глаза, как утесы, клыки вылезли и стали такими же мощными, как у Хранителя, а ногти на пальцах заменились крючковатыми когтями.

Он с нескрываемой ненавистью посмотрел на Лотера и сказал, глубоко дыша, чтобы нагнать в себе ярость:

– Любой может. И я оспорю. Еще как оспорю! И заберу осколок! Я выполню клятву!

С этими словами он с ревом ринулся на Лотера, как разъяренный лось.

Лотер успел отскочить.

Туша пронеслась, снеся стол, и врезалась в стену. Стриженый ворг в озвере оказался на пол головы выше Лотера, и шире в плечах. Он моментально обернулся и оскалился на Хранителя красноватыми клыками.

Лотер скользнул по ним взглядом и подсогнул колени, принимая боевую стойку, а когда стриженый ворг снова кинулся, поднырнул ему под локоть и выкинул в сторону руку. Когти вошли в мягкое и глубоко пропороли кожу, по таверне раздался вопль боли и ярости.

– Да хранит меня… – проревел стриженный скорчившись.

Лотер оказался за спиной противника, тот резко развернулся и с размаху чирканул лапой. Полузверь едва успел отскочить, но на груди все равно остались четыре неглубокие царапины. Ворги зарычали и сцепились.

Краем глаза Хранитель видел, как остальные в трепетном ужасе наблюдают драку двух чудовищ. Они рвали друг друга на части, выдирая шерсть и такие куски плоти, что будь это человек, помер бы на месте.