Победный «Факел Гаргалота»

Не богатый, но и не бедный, такие ничем не примечательные менее заметны в большом городе, кроме того, позволяют разместить незаметно как охрану, так и дозорных, что заранее предупредят об опасности.

Я поднялся на крыльцо, тоже широкое и добротное, хорошо здесь живут, толкнул дверь, не поддалась, но когда потянул на себя, пошла легко и без скрипа, несмотря на заметную монументальность.

Коридор почти не освещен, если не считать шагах в пяти мелкую свечу на стене, там же в полной неподвижности ждет человек в низко надвинутом на глаза капюшоне.

Я остановился, а из-под капюшона донесся негромкий голос:

– На улице ничего не случилось? Вроде какой-то шум был…

– Правда? – спросил я в удивлении. – Даже шум?

– Ну да…

– Нет, – ответил я авторитетно, – не слышал. Я вообще-то, когда ем, то глух и нем… Благородный человек в глубокой задумчивости не должен обращать внимание на всякое своеобычное. А города все шумные… Не думаете купить домик на природе?

Не поднимая головы, он сделал шаг в сторону.

– Вам сюда, – ответил так же коротко, – а потом по террасе налево. Там в конце дверь.

– Не проводите? – спросил я.

– Нет, – ответил он и растворился в темном проходе.

– Гостеприимные здесь люди, – пробормотал я.

Терраса вела вдоль стены достаточно долго, дом большой и зажиточный, а стена толстая и высокая. Неожиданно навстречу попалась юная девушка с предельно низким вырезом платья, так что видны даже края алых кружочков пышной, как сдобные булки, белой груди, что колыхается при каждом движении, словно распираема горячим молоком.

Она улыбнулась поощряюще, мой мужской взгляд трудно не заметить, прошла вплотную, ухитрившись задеть тугим горячим бедром.

Я оглянулся, как не посмотреть такой вслед, в самом деле задница пышная и круто приподнятая, так и просится в ладони, задержал на лице это выражение, пусть те, кто наблюдает, убедятся, что меня стоит ловить и на такие приманки. Дескать, молодой, дурь в голове, за сиськи и жопу Отечество продаст.

Наконец вон дверь, я потянул на себя, неохотно начала открываться, настолько толстая и тяжелая, словно вся из каменной глыбы.

Голос из темноты произнес приветливо:

– Проходите в комнату, глерд Юджин!.. Там для вас зажигают свечи.

За моей спиной негромко, но по звуку слышно, что плотно, захлопнули дверь, потом довольно быстро позажигали светильники вдоль стен и свечи на середине стола.