Просьба Азазеля

Чтобы не засветиться, воплотился на другой стороне планеты… Потом отъехал от той точки на попутке, а затем еще один всплеск поля – и ты здесь?

Михаил пробормотал настороженно:

– Примерно так. А что?

Азазель покачал головой.

– Ты еще и прекрасен. Все бы так умело прятали следы!.. Сыщики бы умерли с голоду.

– Не понимаю сарказма, – сказал Михаил сердито. – В конце концов, какой смысл скрывать? Забираю тебя, тут же исчезаем! Что не так?

– А люди? – спросил Азазель. – Ты не представляешь, какие у них теперь совершенные методы слежки и обнаружения!.

– Римской империи, – буркнул Михаил. – Уже говорил. А что, разве Рим не вечен?

– Ничто не вечно, – сообщил Азазель кратко. – Как и сама вечность.

Со стороны кухни пропикало, милый женский голосок доложил:

– Сдобный пирог «Император Востока» тоже готов…

– Спасибо, Сири, – ответил Азазель. – Ты такая заботливая. Выходи за меня замуж?

Женский голосок невидимой Сири ответил рассудительно:

– Мы еще недостаточно хорошо друг друга знаем, а я девушка скромная и целомудренная.

– Как так? – спросил Азазель. – Я слышал, приняли месяц назад!

– Нет, только на рассмотрении…

Азазель горестно вздохнул, а Михаил еще раз осмотрелся.

– Что за демон, которого не могу увидеть?

– Так тебе и надо, – сообщил Азазель. – Ладно, остынь. Это реалии мира людей, который мне нравится все больше.

– Отвратительный мир, – буркнул Михаил.

Азазель поднялся и неспешно сходил на кухню, что составляет одно целое с этой огромной гостиной. Пирог принес на огромной и широкой доске, похожей на сандаловое дерево, но вообще, как заметил Михаил, не из древесины.

Михаил помог установить на середину стола, Азазель воткнул нож, из разреза чвиркнуло горячим мясным соком. Запах ударил в ноздри Михаила с такой силой, что он снова ощутил себя голодным.

Азазель разрезал крупными ломтями, Михаил ухватил ближайший, ладонь ощутила приятную горячую тяжесть, а зубы тут же впились с таким неистовым наслаждением, в которое он минуту назад ни за что бы не поверил.

Азазель пробормотал с набитым ртом:

– Люди умеют поесть… Целая культура вокруг культа еды наросла!..

– Чревоугодие, – отозвался Михаил невнятно, – это нехорошо.

– Нехорошо, – согласился Азазель, – если чревоугодие.