Ричард Длинные Руки

Даже я, к современному телевидению привычный, решил, что уж очень не то: сразу же начинают бурно дышать, извиваться, страсти-мордасти, хотя на самом деле все настолько рутинно, хоть со знакомой, хоть незнакомой, что думаешь о чем угодно, только не о страстях, будто живешь отдельно от тела.

– Какая цветопередача, – сказал Анатолий с завистью. – Ты даешь! Сто мегагерц?

– И по вертикали, – сказал я, – и по горизонтали. Зря, что ли, я брал с дивидишником?

– DVD отмирает, – сообщил Анатолий.

 – Сейчас умельцы наловчились брать видеокассеты и перегонять в MPEG-4 на простые болванки для сидюков. В сто раз дешевле! А качество то же.

– Ну да, – возразил я, задетый за живое. – Щас тебе DVD отомрет! Оно даже не развилось как следует. Ну кому пока нужны лазерные диски на семнадцать гигабайт? Что на них записывать? Все библиотеки мира поместятся на одном…

Анатолий со вкусом начал расписывать новые возможности программ, а на экране сменялись телеканалы, мой ящик берет их две сотни, мелькают женские лица, пистолеты, бешено мчащиеся автомобили, постели, голые задницы, снова автомобили, опять задницы… Изображение настолько неотличимо от реальности, что, когда неожиданно в экран плеснула морская волна, я чуть не отшатнулся.

Алина сказала торопливо:

– Давай обратно. Щас рекламная пауза кончится. Интересно, тот вылез из машины?

– Вряд ли, – сказал я. – Лобовой удар…

– А почему наши не взрываются? – спросила Алина обиженно.

 – В американских фильмах машины всегда ба-бах! Да так красиво, будто не легковушки, а цистерны с бензином. Даже с напалмом. По несколько раз бабахают.

Анатолий торопливо щелкал, телеканалы сменялись с такой скоростью, что мы едва успевали видеть картинку.

– Давай обратно, – сказал я, как глухому.

– А какой был канал? – спросил Анатолий.

– Ну ты и лозер!

– Непривычный я, – сказал Анатолий, оправдываясь. – У меня всего двенадцать каналов. Всегда успеваю простым перебором… Черт, как неудачно! Да нет, тот мужик наверняка откинул копыта.

– Там осталась еще половина передачи, – уличила Алина.

– Нет, такую рекламу дают под конец, – сказал я. – А мужика могут спасти. Если «Скорая» успеет… А что глаз вывалился, так не вытек же. Обратно вставят. Сейчас и не то делают.

Один Борис даже не повел глазом в сторону экрана. Перед ним свой экран, в просторечии называемый то монитором, то дисплеем.