Ричард Длинные Руки

– Возьми… Это… может пригодиться…

Я интеллигент, отказывать как-то вот так прямо в глаза не могу, я даже могу что-то пообещать, а потом, естественно, найду тысячу убедительных доводов, почему так не надо делать.

«Выброшу, – подумал я. – Выйду за ворота и выброшу».

Но молча наклонил голову. Священник надел мне цепочку, голова и шея у меня оказались еще те, едва налезла, чуть уши не оборвал, священник заморился так, что мне стало жаль старого несчастного человека, погрязшего в суевериях.

– Спасибо, – сказал я. – Э-э… я оценил жест. Спасибо.

Глава 8

Постояв перед собором, но не с моим умением замечать слежку, отмечаться перед витринами не умею, да и где здесь витрины, я двинулся в соседний квартал. Кроме церковного собора где-то в центре обязано быть нечто подобное Ленинке. Ну, пусть не Ленинке или даже Некрасовке, но библиотеки существовали во все времена, а здесь, в европейской части, где даже короли не умели читать и писать, монахи сразу создавали собственные книгохранилища.

Издали донеслись крики. Я повертел головой, привстал на цыпочках. С моим ростом видно поверх забора, как по параллельной улочке мчится оборванный человек, а за ним толпа разъяренных мужиков. У кого в руках дубины, у кого камни, а у двоих я заметил настоящие боевые палицы.

Беглец свернул, промчался по переулку. Он мчался прямо на меня, я увидел перекошенное страхом потное лицо, раздутые в беге ноздри и раскрытый рот. По фигу все погони на белом свете, я отступил в сторону, улица узкая, пусть бежит свободно. Беглец от неожиданности даже заспотыкался, я, по его логике, должен вообще перегородить дорогу, а то и шарахнуть по голове рукоятью топора, если не обухом… а то и острием, но я отступил в сторону еще и еще, вообще прижался к стене здания, за топор не хватался, и бегущий пробежал как затравленный заяц, готовый упасть и проскользнуть у меня под ногами.

Спустя мгновение из-за поворота выбежала галдящая толпа, похожая на многоногое и многорукое вопящее чудовище. Над головами мелькают палки, дубины, сжатые кулаки. Я поморщился, шагнул на середину улицы и взял в обе руки топор.

– Стоять! – Голос мой прозвучал уверенно, я старательно подражал Ланзероту.