Ричард Длинные Руки – барон

– Ого, – сказал я невольно, – у вас и законы… Против гастарбайтеров из Украины? Ладно, заплатим, чужие законы надо чтить… дабы чтили и наши…

Второй оторвал взгляд от бумаги, взглянул в упор.

– О каком королевстве речь?

– О дальнем, – ответил я с осторожностью. – Мир широк.

– Да, – подтвердил он медленно, – мир широк… И люди бывают разные…

Нечто незримое коснулось моей головы, словно ветерок занес вихрь мелких снежинок. Я замер на миг, перевел дыхание, стараясь не показать, что заметил прощупывание.

Кто-то из этих двоих маг. Пока один отвлекает меня разговорами, другой старается прощупать мои мысли.

А вот хренушки, подумал я с мстительной радостью и заметил, как дернулся и поморщился, словно от сильной зубной боли, второй писец. Я посмотрел на него с подчеркнутым вниманием, он вздрогнул и, сложив руки на груди, смиренно поклонился. Первый вскинул брови в удивлении, торопливо кивнул стражам, чтобы пропустили весь наш отряд, даже забыв принять пошлину.

– Сэр Легольс, – произнес граф Эбергард холодновато, он по-прежнему смотрел прямо перед собой, не удостаивая меня взглядом. – Постарайтесь в городе держаться…

Он умолк на миг, подбирая слово, граф Мемель сказал сухим голосом царедворца:

– …достойно.

– …как подобает наследнику герцога, – закончил граф Эбергард.

Я увидел брешь и с удовольствием сунул в щель кинжал:

– Не понял: достойно или «как подобает»?

Граф Эбергард сказал ледяным голосом:

– Достойно, как подобает наследнику герцога, что едет получить корону герцога!

– Понятно, – сказал я.

 – Это значит, хватать незамужних женщин и тащить в свою постель, топтать поля крестьян в погоне за диким зверем, судить людей не по закону, а по прихоти… что еще? Впрочем, все можем перечислять долго.

Она умолкли, на бесстрастных лицах нечто похожее на замешательство, только тень, но это все равно, как если бы сэр Смит упал на землю и катался, вырывая клочьями волосы и завывая во весь голос. Наконец граф Эбергард проронил:

– Просто ни на что не реагируйте, ни в какие разговоры не вступайте.

– А если придется?

Он покачал головой.

– Не придется.

– А вдруг?

– Предоставьте все нам.