Ричард Длинные Руки – барон

Когда за городом послали усталых коней в галоп и оторвались ненадолго от преследователей, я ухитрился спрятать хлеб и вино. Мул брата Кадфаэля хрипел и мотал головой, я перевел Зайчика на шаг, спросил Кадфаэля:

– Вот теперь вопрос, а как поступил бы Господь, если бы на весь город отыскался только один праведник?

Он перекрестился, ответил скорбно:

– Ты знаешь ответ, брат-паладин. Господь испепелил оба города, хотя праведником был сам Лот.

– Знаю, – ответил я, – но Господь даровал нам право самим решать, кто прав, кто виноват.

И самим отмерять наказание.

Он снова перекрестился, лицо бледное, глаза ввалились.

– Тяжкую ношу взвалил на плечи сынов своих Господь.

– Да уж, – согласился я. – Куда легче, чтобы кто-то за нас решал… Как называется этот город?

– Вифли.

– Вифли, – повторил я. – Почти как Вифлеем. Запомню.

Сэр Смит прервал наши непонятные рассуждения:

– Вон там ручей, надо напоить животных!

Мы слезли с коней, рыцари Хайбиндера приближались медленно и с самым угрожающим видом.

Сэр Смит встал так, чтобы первый удар в случае чего принять на себя, я ведь сеньор, а это значит, он обязан защищать меня всеми силами. Брат Кадфаэль бормотал молитвы, а спросил язвительно:

– А слабо тебе взять и отшвырнуть их хотя бы на полмили?

Кадфаэль взглянул с укором:

– Брат паладин, как можно?

– Но ты же воды целой реки остановил!

– То вода, – сказал он, – а то люди.

Они ведь тоже христиане!.. И вообще… нельзя святость обращать в оружие. Это же ввергнуть свою душу в бездну ада. Лучше умереть, чем запятнать…

– …честь, – договорил я. – Эх вы, рыцари! Оба.

Всадники приблизились. Во главе в самом деле сыновья короля и братья, по бокам, судя по эмблемам на щитах, герцог Чезвиг и герцог Тараскон, за ними такие же злые и в то же время торжествующие лица. Похоже, в дороге все больше слетает лоск, сейчас за нами идут по следу лишь разгоряченные близостью крови охотники, которых уже ничто не остановит.

Чезвиг, средний сын короля, сказал надменно:

– Вам отказано в нашем гостеприимстве, забыли?

Я ответил вежливо:

– Мы не просим ни воды, ни хлеба. Не просим ночлега. Что еще?

– Вам отказано и в отдыхе, – сказал он громко, за его спиной я видел злобные ухмылки. – Во всяком случае, на земле королевства Эбберт.