Ричард Длинные Руки. Церковь и демоны

Государству предстоит сделать большие запасы зерна на случай недорода, войны или других испытаний, которые насылает на нас Господь.

– Жестокий у вас Господь, – сказал он с сочувствием.

– Ничуть, – возразил я. – Он нас просто закаляет. Готовит к свершениям.

Он кивнул, поднялся во весь рост.

– Ваше величество, вы со всем разберетесь. Но, если что, назовите мое имя. Я услышу, где бы ни оказался.

– Карл, – сказал я с чувством, – что бы я без вас делал?

Он улыбнулся, понимая преувеличенность комплимента, отступил на шаг.

Я ждал с интересом момента исчезновения, чародей на Юге постоянно экспериментирует, прошлый раз просто растворился в воздухе, еще раньше исчез, как материальное тело, и в пустоту ринулся воздух, сдернувший со стола пару бумажек, не однажды входил в стены, пару раз проваливался в пол так, что у меня сердце обрывалось…

Похоже, он догадывается, чего жду. Глаза вспыхнули, как яркие звезды, из тела выметнулась часто хлопающая мохнатыми крыльями стая летучих мышей, да так много, что сам чародей исчез, словно он и есть этот самый рой страшноватых рукокрылых.

Мыши тоже исчезли, беззвучно проникая в стены, словно те из тумана, а мыши из нейтронных звезд. В комнате остался легкий и быстро улетучившийся запах мелких звериных тел.

Я вздохнул, перевел взгляд на кольца, те на середине столешницы блестят с прежней тусклой загадочностью. Мне почудилось, что некая сила тянет к ним, остановился, прислушался. Странное ощущение исчезло, однако к столу я подошел с заметной настороженностью.

Судя по кучкам, наступательных или нападательных колец, как я их назвал, оказалось немного. Маги не покидали своих Башен, потому почти все усилия были направлены на то, чтобы еще и еще как-то защитить себя и Башни, хотя те и так сами по себе почти несокрушимы.

Я с холодом подумал, что мне тогда в башне Гатониса просто повезло. Удалось привлечь обещаниями вечной свободы огромный отряд из плазменного мира демонов, но без внеземной мощи Багровой Звезды Зла остальные Башни и сейчас стояли бы как символ вечной мощи магов.

Некоторые кольца, свойства которых Карл-Антон объяснил, и они не показались мне опасными, все же с осторожностью надел, испробую, когда выкрою время.

Отдельно отложил с черным камнем, беспокойство при взгляде на него только усиливалось. Карл-Антон походя упомянул, что мощь в нем огромная, но для чего предназначена, пока не знает.

Что-то здесь не так.