Ричард Длинные Руки – бургграф

На дальней стене в простой раме портрет мужчины средних лет. Рисовал явно не придворный художник, а кто-то из начинающих гениев: смело, остро, без мелких деталей и вытютюливания, потому портрет выглядит почти живым, хотя это всего лишь набросок с хорошо прорисованным лицом, а плечи и грудь лишь намечены небрежными штрихами.

Холодок продолжал растекаться по моему телу. Этого человека я уже встречал, да не просто видел… Да, это крупное лицо с холодными и жестокими глазами, тогда, помню, на меня пахнуло могильным холодом… И сейчас – как будто я на миг потерял одежду, стоя на холоде.

Госпожа Амелия проследила за моим взглядом. На лицо ее легла печаль.

– Это мой муж.

– Гм… – пробормотал я, не зная, что сказать, – прекрасный портрет… Очень талантливо передано. Уверен, что и сходство тоже…

Она кивнула:

– Да. Все говорят, что как вылитый.

– Художник живет в городе?

– Нет, уехал в столицу. Пригласили ко двору. Кто-то из знатных увидел его работы.

– Понятно, столица всегда забирает самых талантливых.

Я отводил взгляд, спрашивать такое очень уж не по себе, знаю же, где я его оставил, утыканного стрелами, а женщина, словно ощутив недосказанное, посмотрела тревожно и вопрошающе.

– Нет… он уехал пять месяцев назад.

– И…

– Не вернулся, – договорила она с трудом. – До сих пор не вернулся.

– Да, – ответил я, – да…

Она спросила быстро:

– Что «да»?

Я сказал неуклюже:

– Времена неспокойные. Мало кому удается уложиться в те сроки, какие наметил. Что-то да задерживает…

Она сказала тоскующее:

– На этот раз он задержался… слишком.

Глава 9

На стол опустилась миска с высокими краями, пахнет вкусно, я зачерпнул деревянной ложкой, горячий суп приятно обжег рот и прокатился в глотку. Желудок наконец затих и занялся своим делом. Я хлебал суп, прикусывал свежим хлебом, на столе появилось и мясо, а когда мясо, это еще не крайняя бедность, хотя и богатством здесь не пахнет. Скорее разрушением, как в умирающей дворянской усадьбе.

– Чем занимается муж?

– Торговыми делами, – ответила она не задумываясь.

– Купец?

– Нет, – сказала она в некотором затруднении, – он мне долго объяснял, но я не все поняла. У них очень сложно, в торговых делах много людей: одни перевозят товары, другие продают, третьи хранят на складах, четвертые ищут выгодные сделки… Он как раз искал, потому все время в отъездах.

Я пробормотал:

– А с виду… гм… человек семейный, домашний.

Она оживилась, глаза заблестели.