Ричард Длинные Руки – бургграф

– Церковь?

– Ну да, церковь, храм, костел, кирха…

Он хмыкнул:

– Впервые вижу человека, которому срочно понадобилась церковь. Похвально, похвально… Это совсем близко! Видите квартал? Вот прямо и прямо…

Я поблагодарил, раскланялся, зачем-то сказал, что церковь вообще-то мне на хрен не нужна, но это же обычно самое красивое здание в городе, а мне как приезжему…

Горожанин понимающе оскалился, на церковь в самом деле лучше смотреть снаружи, это красиво, а внутрь заходить лучше совсем в другие дома, их здесь много, и женщины там обслуживают с азартом и удовольствием…

Мы снова раскланялись, мы же мужчины, я отправился в указанном направлении.

Этот квартал зачем-то обнесли глухой стеной, а в воротах – целая группа стражей. Правда, не профи, сразу видно дежурных из местного ополчения. Ребята крепкие, а оружие хоть и разномастное, но в таких вот местах, где нужен и дальний удар копьем, и режущий мечом, и завершающий удар топора – это все выглядит продуманно и вполне профессионально.

К моему удивлению, меня ни о чем не спросили, только окинули очень внимательными взглядами. Видимо, здесь защищаются от кого-то определенного. Например, от парней из квартала справа или квартала слева. Как известно, самые гадкие люди на свете – соседи, а самые лучшие живут на другом конце континента, с теми никогда никаких споров.

Дома выстроены в иной манере, но не сказал бы, что другим народом или другой расой. А как если бы отдельно поселились католики среди православных или бретонцы среди фламандцев.

Крохотные и почти незаметные отличия, а так те же тесные улочки, между домами протянуты веревки, вода с плохо отжатого белья капает на головы прохожим. Крыши высокие, даже стрельчатые, по углам каждого дома настоящая водосточная труба, зев направлен в бочку. Видимо, дождевую воду предписано собирать из соображений пожарной, вернее, противопожарной безопасности.

На перекрестках статуи, встретился даже небольшой скверик. По ту сторону разглядел небольшое скромное здание, присмотрелся, не веря глазам, ахнул и ускорил шаг.

Церковь, настоящая церковь, но до чего же крохотная, не церковь, а по виду больше смахивает на часовню.

Дверь жутко заскрипела, я вошел в полутемную комнату, от аналоя в мою сторону с некоторым испугом повернулся невысокий плотный человек в темной сутане.

– Здравствуйте, святой отец, – сказал я поспешно. – Я приезжий. Вот поспешил к вам со всех задних ног, дабы услышать слово напутствия.