Ричард Длинные Руки – эрцфюрст

Гурьбой спустившись по лестнице, мы дальше шли по широкой дорожке из красного, как пролитая кровь, бархата к гостеприимно распахнутым дверям, где по обе стороны изящно разодетые горнисты красиво вскинули трубы и, прижавшись губами к мундштукам, издали ликующий праздничный вопль серебра и меди.

Я хотел было на правах хозяина пропустить вперед гостей, но не поймут, здесь даже друзья расценят как слабость, и прошел через зал между накрытыми столами важный и надутый, как породистый индюк, за которым семенит целая стая индюшек.

Моря огня в зале, люстры зажжены, светильники на стенах и в проемах окон, а также на всех столах, зажатые там блюдами с целиком жареными кабанами, оленями, лебедями, гусями и мелкой птицей…

Мой стол, как всегда, на возвышении, а скатертью покрыт не белой, как у всех, а пурпурной, словно кардинальская мантия. Я прошел и неспешно сел, хотя трусливая душа интеллигента умоляла ускорить шаг и всадить свою задницу в кресло побыстрее, чтобы не заставлять ждать столько важных и достойных людей, половина из которых старше меня вдвое, а кто-то и втрое.

Вельможи качнулись разом и начали рассаживаться. Я с доброй улыбкой милостивого государя, у которого все хорошо и все поют, смотрю, как идет к моему столу граф, нет, уже герцог Ришар, строгий и прямой, как сосна, с пышной седой гривой, весь налитый силой и страстью, мужественно красивый, лицо в шрамах, но те только подчеркивают благородство его внешности.

Ришар де Бюэй, герой битвы при Олбени, Гастирксе, Черной Речке, Проливе и всех войн королевства с соседями, а теперь еще и сокрушитель грозного Гандерсгейма, герцог и фюрст, получивший от меня эту провинцию в управление… именно так, а не в собственность, как бывало в старину, которую я тихой сапой удавливаю, а то, что выживет, веду недрогнувшей рукой в светлое и тревожное будущее.

Я с улыбкой указал ему на кресло от меня по правую руку, слева усадил герцога Ульриха Ундерлендского, а следом за ним – герцога Готфрида.

Ульрих попытался поменяться с ним местами, но я придержал за руку.

– Нет.

– Ваше высочество?

– Дорогой друг, – шепнул я, – вы уже не просто герцог. И даже не герой войны, которых здесь полный зал.

– Да, ваше высочество?

– Вы глава ордена, – напомнил я. – А ваш друг герцог Готфрид… будет всего лишь королем.

Он сдержанно улыбнулся, польщенный, но все-таки, похоже, счел шуткой.

– Как скажете, ваше высочество. Я просто полагал, что отцу пристойнее быть рядом.