Ричард Длинные Руки – граф

– Добежать не успеет?

Раймон сдвинул плечами, вместо него ответил сонным голосом Маклей:

– Зачем, если там же застрянет и Франлия?

– Ну, если Франлия, – пробормотал Ипполит, – хотя и в казарме… У нее вход прямо наружу, а что хорошо для обороны, плохо для… гм… Лучше бы он решился добежать.

Маклей буркнул язвительно:

– Мог бы, но он трус почище тебя.

– Я трус?

– А то нет? – ответил Маклей. – Ты ведь тоже…

Он умолк, но Ипполит, к моему недоумению, не стал спорить, задираться, лишь проворчал что-то под нос и отвернулся к стене.

Я сидел за столом, недоумевая, наконец воцарилось молчание, Раймон начал похрапывать, Лавор лежал, уставившись в потолок, наконец и он заснул. Ипполит повернул голову в мою сторону и спросил сонно:

– А ты чего не спишь?

– Да вроде бы рано, – ответил я. – Даже луна еще не взошла. Вон какой красивый закат на полнеба!

– Ложись и спи, – посоветовал он. – Здесь так принято.

Я переспросил:

– Хозяйка так велит?

Он буркнул с неудовольствием:

– Хозяйка ни при чем.

Она, может быть, и не против была бы… хотя нет, она не хочет, чтобы ее видели… словом, запрета нет, но никто сам не восхочет столкнуться в коридоре ни с Красной Смертью, ни с Призрачным Волком, ни с Лиловым Туманом…

Я спросил ошарашенно:

– А что еще за Лиловый Туман?

– Есть такой, прямо из стены выплывает… А Красной Смерти или Призрачного Волка не боишься?

– Боюсь, – ответил я, – но с ним хоть понятно, а Туман… бр-р-р… это как в говно вступить. Идешь-идешь, а вдруг…

Лавор сказал сквозь сон тоскливо:

– Да что Туман… я больше всего Ползунов боюсь.

Вот это уже ужас так ужас…

– Или Зовунов, – сказал Ипполит. – Хуже них уже ничо и нет. Разве что Ночной Морок?

Я слушал, посматривал то на одного, то на другого. Выходит, на ночь здесь все погружается в сон, никто носа не высовывает за дверь. А по коридорам и залам разгуливают всякие… непонятности. Смертельные непонятности. С другой стороны, все вроде бы приноровились к такому образу жизни, вечером дружно ложатся спать, а утром с первым криком петухов все на ногах.

Мелкие неудобства покрываются безбедной и сытной жизнью, хозяйка работой не морит, так чего еще надо людям, что не ломают головы над непонятками?

– Эй, – сказал я, – Лавор, не спи! Скажи, почему все так боятся заходить в озеро?.. Вроде бы самое что ни есть чистое. Утки плавают, лебеди… А гусей так целая стая плескалась!

Он проворчал сонно:

– Водяной Зверь.

– Это я слышал, – возразил я.