Ричард Длинные Руки – гроссфюрст

– Сэр Ричард…

– Сэр Сатана?

Он куртуазно поклонился.

– Я всегда был рад с вами общаться, но теперь просто счастлив, когда вижу вас и разговариваю с вами, сэр Ричард. Это невыразимое наслаждение нырять в такие глубины низости и предательства, что, оказывается, совсем не то, что думаю, и что так принято называть людьми, а… высокая и нужная политика для блага всех людей, процветания, подъема экономики и… чего-то еще? Материального?

– Духовное зиждется на материальном, – буркнул я. – Мало на свете таких, что уйдут в пещеры и на акридах будут размышлять о высоком, а вот если всех накормить-напоить и дать хорошее жилище, то смогут возвыситься мыслью и душой даже те, кто раньше мечтал только о куске хлеба! Я отец народа, сэр Сатана!

Он отступил, поклонился.

– Да, это очень интересный вопрос: можно ли сытому размышлять о высоком? Я больше склоняюсь к вашей интерпретации, что-то не нравится с этим верблюдом, лезущим в игольное ушко… Но поговорим об этом в другой раз, а то к вам идут сейчас ваши помощники, очень взволнованные чем-то…

Я наклонил голову.

– Да-да, с удовольствием. Такое вроде бы нельзя говорить, но я скажу честно, что мне весьма полезно с вами общаться.

Он улыбнулся.

– Делайте в жизни полезное, потом это станет и приятным!

Он исчез, а в следующую минуту за дверью загрохотали сапоги, в комнату влетел сэр Вайтхолд, за ним вдвинулись Клемент Фицджеральд, виконты Рульф и Каспар Волсингейн, а также барон Саммерсет.

– Ваша светлость! – выпалил барон, словно мы не во дворце, а в полевом лагере.

Я посмотрел на них холодновато, колеблясь, пора ли напомнить, что мы в королевских покоях, здесь надо бы держаться иначе, или же оставить на более спокойное время.

– И что?

Они уловили холодок в моем голосе, посерьезнели, подтянулись, барон сказал уже собраннее:

– Ваша светлость, они сегодня подойдут к городу.

Я произнес величественно:

– Пусть подходят. Мы ведь готовимся, не так ли?

– Да, – сказал барон за всех, они только смотрели и помалкивали, – но они могут нас просто смять числом.

– Разве? – уточнил я.

Сэр Вайтхолд проговорил обеспокоенно:

– Ваша светлость, но вы же знаете…

Я вздохнул, вышел из-за стола и дружески положил ладонь на плечо барона, с моим ростом этот жест более чем уместен, хотя, конечно, барон старше больше чем вдвое.

– Дорогой друг, – сказал я проникновенно, – могу вас заверить, я действительно знаю.