Ричард Длинные Руки – гроссфюрст

И еще много раз сложат головы, даже не спрашивая, зачем и за что, ибо сама природа героизма такова, что ей чужды меркантилизм, мелочная подозрительность и выяснение всяких тонкостей, свойственные занудам и демократам.

Он перекрестился, сэр Каспар шептал побелевшими губами молитвы, а у сэра Вайтхолда вид был таков, что сейчас падет на колени и будет разбивать лбом дорогую малахитовую плитку пола.

Сэр Клемент, как самый повидавший всякое и потому до мозга костей прагматичный, проговорил опасливо:

– А стены…

– Что стены?

– Обрушились, – пояснил он тихонько, – тоже не потому, что их червяки источили?

Я кивнул с одобрением.

– Весьма правильно мыслите, сэр Клемент! В верной, так сказать, горизонтали.

– Значит…

Я сказал строго:

– Не будем зазря тревожить тени павших героев. Достаточно и того, что красиво и гордо вступили в битву с грозными криками и горящими гла… зницами. А кто копал, как копал и что при этом говорил, оставим, как и хотели те, копавшие, остаться безымянными.

У нас одна победа, одна на всех, и за ценой не постояли! Заставили противника, а теперь и врага, заплатить ту цену, которую назначили мы!.. Это мужественно и по-рыцарски. Да еще и товар не отдали, это уже плюс политику. Вы знаете, о ком я.

Сэр Вайтхолд чуть пришел в себя, глаза еще дикие, прошептал:

– А как же, о самом замечательном… Господи, спаси и сохрани! Сегодня все бросать и в монастырь бежать или подождать до завтра, чтоб после пира в честь победы?

Сэр Рульф пихнул его в бок и сказал тихонько:

– Я сам о монастыре подумываю.

Но давайте все-таки сперва отпируем, потом надо по праву победителей… как я почему-то люблю это занятие, сам не понимаю!.. пограбим местных, что-то спалим и перебьем посуду, а уж потом… чтоб было о чем каяться на зависть остальным, понимаете?

– Понимаю, – ответил сэр Вайтхолд. – Все от зависти перелопаются!

– Только надо всерьез раскаиваться, – очень серьезно напомнил сэр Клемент, – а то исповедь без раскаяния – хвастовство.

– Причем, – пробормотал Каспар, – наглое.

– Вот с этим трудно, – признался сэр Вайтхолд озабоченно, – но буду стараться… Или еще походить с сэром Ричардом, чтобы уж потом раскаиваться так раскаиваться?

Виконт Каспар сказал надменно:

– Если уж в ад, то в самый нижний круг, где сам Вельзевул!

– Мелкие грешки, – поддержал виконт Рульф, – как-то не по-мужски.