Ричард Длинные Руки – император

Сбросив меч и освободившись от кирасы, я машинально опустился за стол, продолжая перебирать варианты, как дальше действовать и что делать, какие из себя пришельцы, а здесь я могу напридумывать гораздо больше, чем мои рыцари…

Послышались близкие шаги, голос часового, полог отодвинулся, в шатер вошел Альбрехт, уже чистенький настолько, что сверкает, как надраенная золотая монета, свежий и почти благоухающий, хотя мы вроде бы еще не в райских кущах, а на болоте.

– Простите, ваше величество… Церемониймейстер не успел меня огласить.

Я вяло кивнул.

– Проходите, граф, садитесь. Что пьете?

Он посмотрел с изумлением.

– Ваше величество, вы раньше никогда такое не спрашивали! Всегда: пей, что даю, а то повешу!

Я молчал, а он усаживался неспешно и старательно, жеманно расправляя полы кафтана, чтобы не помять дорогую ткань, осматривался так, словно мне тут жить до старости, а ему приходить изредка в это вонючее болото и лживо уверять в своей все еще преданности.

– Это потому, – признался я, – что малость сбит с толку.

Даже не малость. Как-то совсем не то ожидал.

Он спросил подчеркнуто бесстрастно:

– Все-таки что-то ожидали, ваше величество?

– Нерационально, – сказал я медленно, – сажать такую махину… Оставить бы на орбите… орбита – это такая… в общем, сюда бы десантные корабли… ну, это такие лодки. С корабля, когда не могут подойти к берегу из-за рифов или мели, обычно отправляют солдат на лодках. Ничего не понимаю.

Он пробормотал:

– Я еще меньше. В ваших словах.

– Ладно, – сказал я, – планы меняются.

– А какие были?

Я развел руками.

– Захватить десантный силой или хитростью, а на нем ворваться внутрь корабля-матки. Понятно, побить там всю посуду.

– А тех пришельцев изнасиловать, – сказал он с пониманием.

– Ладно, – сказал я, – может быть, это такие чудища… что Господь простит за неисполнение его главного и основного завета?

Он поинтересовался:

– Ваше величество, какие будут приказы?.. Распоряжайтесь, люди должны слышать ваш уверенный и чуточку покровительственный голос.

Даже если не знаете, что делать, я же вижу, все равно другие должны думать, что у их сюзерена есть план и тот приведет к быстрой и блистательной победе!

Я буркнул:

– Граф, вы чересчур проницательны. Будь я поинтеллигентнее…

– Но вы же не?

– Именно, – отрезал я, – потому и терплю ваши. А так бы что? В общем, если народ ждет, то, конечно, придумаем. Тем более что мне это тоже в какой-то мере надо. Жить почему-то хочется.