Ричард Длинные Руки – коннетабль

 – Видите, сэр Растер, как я вам доверяю? Не видел того замка, все решал только по вашему слову!

– Мое слово – адамант, – сказал Растер гордо. – Хоть и пьян был, но такое забыть?

– Очень страшно?

– Увидите.

Я кивнул и заставил себя остаться, пропуская мимо обоз. Сани скрипели, взмыленные кони почти падали, наваливаясь на постромки. Один тролль грубо расхохотался, мол, коням сейчас и собственные уши в тягость, ухватился за оглоблю и пошел рядом с конем, помогая тащить тяжелые сани.

В арьергарде два десятка рыцарей, еще больше при них легких всадников.

Я взмахом руки послал их на обгон обоза, теперь уже можно. На последних санях куча детей под меховыми шкурами, визг и драки, растут настоящие мужчины, защитники племени и свободы, истинных ценностей и собственного пути к цивилизации.

Я въехал в лес последним, держась широкой колеи. Могучие стволы расступились нехотя, сразу грозно и предостерегающе потемнело. Я настороженно посматривал по сторонам, лес слишком мрачен, суров и не по-хорошему тих.

За все время ни одна птица не спорхнула с ветки, ни один зверь не перебежал дорогу.

Глупости, сказал я себе тревожно. Только что прошел такой обоз, да такая толпа орущих троллей, это ж распугало все зверье на милю вокруг.

И все равно тревожное ощущение не отпускало до тех пор, пока не увидел за деревьями костры, не услышал барабанный бой и победную песню троллей. А потом деревья расступились, я увидел черные, как ночь, стены.

Замок невысок, зато вширь это не замок, а настоящая крепость.

Стены кое-где обвалились, ров тоже сровнялся с землей, от подъемного моста полурассыпавшиеся бревна, на месте ворот зияет пустой провал, от железной решетки на земле только рыжие полосы ржавчины, но сам приземистый донжон вроде бы цел.

Когда я подъехал, часть троллей уже выгребала снег из помещений, куда он набился через прохудившиеся крыши, другая часть спешно пилила и рубила деревья, а поленья таскают в два центральных зала, куда не проникли даже сквозняки.

Полыхают не только камины, тролли разожгли костры везде, откуда удалось убрать снег.

Женщины торопливо осваивают исполинскую кухню, вся металлическая посуда уцелела, даже часть глиняных горшков и кувшинов. Когда я обошел замок и снова ввалился вовнутрь, там уже пахло бараньей похлебкой. Готовят не только на кухне, но и в центральном зале на жарком костре, расположенном в самой середке. Впрочем, каменные плиты пола вряд ли загорятся.