Ричард Длинные Руки – король-консорт

А что такого особенного?

Она оглянулась, широко ли открыт проем в соседний зал, чтобы оттуда могли видеть, где мои руки, только при широко распахнутых дверях приличная девушка может разговаривать с мужчиной.

– Сэр Ричард, – проговорила она с мольбой, – я так тревожусь за вас! Та ведьма… она ведь показалась вам красивой?

– Графиня Карелла фон Кенигсегг-Аулендорф, – ответил я с честностью рыцаря на турнире, – очень красивая. Что делать, бывают же такие женщины. В смысле, тоже красивые, кроме вас, конечно.

Хотя вы вроде бы совсем живая, а она как бы не.

Она сказала еще жарче, совсем не похожая на ту, которую нарисовала в моем воображении Мелисса:

– Это колдовство! Она не может быть такой! На самом деле должна быть уродливой! По-настоящему красивым нет нужды заниматься колдовством!

Я посмотрел на нее с уважением.

– А вы правы, леди. Хотя, конечно, я не рассмотрел там никаких чар, она вроде бы в самом деле такая. Но вот вы да, и красивая, и вполне вероятно, что не колдунья.

– Она вам лгала, – сказала она страстно.

 – Я же вижу, вас уже подло и низко очаровали! А это так недостойно, хотя женщинам можно все… О, что сделать, что сделать, чтобы вас спасти!

Я пробормотал:

– Вообще-то, женщины должны знать, как спасать мир…

– Сэр Ричард?

Я посмотрел откровенным взглядом, ее нежные щеки тут же залило жарким румянцем.

– Сэр Ричард… – пролепетала она упавшим голосом.

– Да, леди?

– Вам нужно перестать думать о ней, – прошептала она слабым голосом, – как о красивой.

– Увы, – ответил я грустно. – Такое можно только клин клином. К сожалению, леди Карентинна… ах, какое прекрасное имя!.. Вы сами его выбрали? У вас прекрасный вкус… Родители? У них тоже есть вкус… В общем, мужчины все такие… Жаждем быть очарованными! Околдованными, попавшими в сладкие женские сети…

– И нельзя вас спасти?

Я пожал плечами.

– Разве что набросить свою сеть раньше.

Она посмотрела на меня беспомощно, щеки уже не алые, а пурпурные, горят жарким румянцем уши и нежная шея.

– Я бы сделала, – проговорила она умоляюще, – но я уже ничего не умею, я только два дня как из монастыря, где воспитывалась с семи лет…

Я развел руками.

– Леди Карентинна… Я в какой-то мере отец народа, потому должен о всех заботиться. Думаю, это мой долг помочь и вам. Ну, а заодно покажу, как позаботиться обо мне.

– Сэр Ричард!

Я сказал тихонько:

– Я собирался отбыть, но ваш отец уговорил задержаться еще на сутки.