Ричард Длинные Руки – курпринц

Глава 6

Он посмотрел на меня красными глазами, пасть приоткрылась, показывая массу белых острых зубов.

– Мне нужен, – проревел он гулко, – тот, кто принял… личину Зигфрида…

– Ух ты, – сказал я. – Теперь еще и ты… Старший братец, что ли? Дядя по матери?

Он рыкнул:

– Молчи, червяк…

– Так зачем он нужен? – спросил я с достоинством великого и суверенного лорда. – Как его непосредственный командир, я просто обязан знать! И перлюстрировать.

– Умолкни, человек, – рыкнул он.

 – За ним долг… он должен умереть…

Я изумился:

– С какой стати? Он давно уже просто человек, с вашим миром не связан. У него здесь свои долги.

Он прорычал люто:

– Я знаю!.. Нашли… твари его племени!.. Его назад!.. Нет, я не!.. Он даст новое племя?.. Нет, не даст!..

– Ты против? – спросил я. – Или ты не совсем против, а как бы альтернативно?

Он раскрыл пасть шире, глаза загорелись красным так, что оттуда пошел недобрый свет, как от костра.

– Его нашли, – проревел он, – чтобы он!.. Я не позволю!.. Я убью и съем его мозг…

Арбогастр подо мной беспокоится все сильнее, глаза тоже горят красным, роет землю копытом и готов броситься на чудовище. Бобик то и дело оглядывается на меня, хотя словно словами я его сдерживаю, а знаками могу послать в атаку.

Я крикнул, стараясь, чтобы голос звучал как можно убедительнее:

– Он отказался возвращаться! Так что нового племени, что угрожало бы твоим законным и, без всякого сомнения, суверенным интересам, не будет! Будет твое моноплемя без всяких конфессий и всяких мультикультурностей…

Монстр проревел таким низким голосом, что начала вздрагивать земля:

– Он… не… мог…

– Что?

– Не мог… отказаться…

– Отказался, – заверил я.

 – Он с рождения терся среди людей, потому не знает и не хочет вашей, без всякого сомнения, замечательной жизни. Он тебе не соперник!

Он остановился и всматривался в меня щелями глаз, я уже решил, что убедил, но он тряхнул башкой и прорычал люто:

– Нет… надежнее… съесть.

А то вдруг… вернется?

– Да с чего вдруг?

Он рыкнул:

– Может передумать…

Вдали простучали копыта, я узнал коня Зигфрида, у него такой частый и нервный перестук, каким отличаются очень быстрые и пугливые лошади.

– Он не передумает! – закричал я погромче, чтобы он не услышал приближения Зигфрида.