Ричард Длинные Руки – курпринц

Здесь постоянно пряталась под заклятием Покрова, чтобы маг меня не отыскал.

– А он ищет?

Она прямо взглянула мне в глаза.

– Боюсь, ваше высочество, все еще не прекратил поиски.

– Настолько упорен? – спросил я. – Задето самолюбие?

Она чуть отвела взгляд в сторону, а щеки окрасились нежным румянцем.

– Все это, возможно, вместе… Но, ваше высочество, вы не ошибетесь, если рискнете предположить и нечто большее…

– Что? – спросил я настороженно. – Что-то еще хуже?

– Да…

– Но что? – спросил я. – Жизненный принцип – добиваться своего? Иначе, мол, раз отступил, будешь отступать и дальше?

– И это тоже, – согласилась она, – но… не все.

– А что же, – сказал я и, запнувшись, посмотрел на нее остро, – хотите сказать, он влюбился в вас?

Она чуть вздернула голову, в голосе прозвучало оскорбленное достоинство:

– Ваше высочество, вам, конечно, трудно представить себе, что в такую уродину можно влюбиться, но мужчины способны и не на такие дикие глупости…

Я ощутил, что теряю меру, процедил сквозь зубы, помня о хорошем воспитании:

– Вы прекрасно знаете, что вы красавица, хоть и не в общепринятом вкусе, я это вижу и признаю, хоть и без особой охоты.

– Это не только маги, – возразила она деликатно, – все мужчины, что хотят побед, должны поменьше тратить времени на женщин.

– Золотые слова, – похвалил я.

Она прямо посмотрела мне в глаза.

– Уверена, у вас тоже нет сотни любовниц, хотя вы могли бы содержать и тысячу.

– Гм, – сказал я, – приятно общаться с красивой и умной, это вообще уродство какое-то, вывих природы. Из-за вас с полсотни женщин ходят уродливыми и дуры дурами… но я заинтересовался этим странным магом, что может достичь вершин, но в то же время вот так все бросить к женским ногам.

– Вы не бросите, – заверила она.

– Почему?

– Вы моложе, – определила она. – И всегда таким будете, в любом возрасте продолжите карабкаться на гору к своим непонятным нам победам.

– Слава богу, – сказал я. – У меня больше шансов их догнать и обойти. Обойти в смысле обогнать, а не в смысле… общепринятом смысле, все мы люди.

Она взглянула на меня исподлобья.

– Почему-то мне кажется, вы в самом деле… обойдете. В обоих смыслах. И даже в третьем, если он есть, а у вас он наверняка есть.

Я остановил коня.

– Хорошо, я подумаю, чем помочь. Зигфриду, разумеется, твои проблемы нас не касаются.